– Благоденствует, – ответил Кэл. – Но не пытайся сбить меня с мысли. Я женился и выполнил свой долг, родил наследника. Был ли я счастлив? Можно ли искать счастья в ответственности? Да, в некотором смысле. Но любил ли я девушку, которую выбрали для меня? Нет. Ты сам знаешь, что я не очень печалился, когда Сара умерла. Еще один год вместе, и могла бы пролиться кровь.

– Тем не менее ты выполнил свой долг. Отец был доволен.

– Да, и сам почил меньше чем за месяц до смерти Сары. Не очень приятно угождать мертвым. Угождай себе. Именно этому учит жизнь.

Эшдон покачал головой, хотя Кэлборн еще не закончил.

– Я так не могу. Его боль и его раны – мои.

– Его раны мнимые, – проговорил Кэлборн. – Позволь этому умереть вместе с ним, Эш. Что может получиться от брака с отпрыском Софии?

– Месть, – тихо произнес Эшдон, глядя на Софию.

– Месть преувеличена. Отказав тебе, леди Каролина спасла тебя от саморазрушения. Я бы расцеловал ее в знак благодарности. – Кэл пытался шутить в мрачной ситуации.

Эшдон улыбнулся и посмотрел на свои туфли.

– Она отказала тебе. Ты будешь продолжать? Или отступишь?

Эшдон пожал плечами, продолжая улыбаться.

– Она отказалась стать моей женой, это верно. Она сделала свой выбор. – Эшдон, посмотрел на друга горящими глазами. – Что еще остается ей, кроме как стать моей шлюхой?

Глава 9

– Ох, – вздохнула Каро, когда на ней затянули корсет нового платья.

– Ты сама это сделала, – сказала Анни, поддерживая новое платье Каро из кремового шелка с маленькими белоснежными цветочками, вышитыми на рукавах, пока служанка шнуровала корсет.

– Сделала сама? Когда он практически гонялся за мной по комнате? Что еще я могла сделать? Стоять на месте и позволить ему задушить меня?

– Ты преувеличиваешь, – спокойно ответила Анни.

– Вовсе нет. Ты не видела его глаз. Они были просто убийственными. А мне всегда казалось, что голубые глаза такие приятные, такие веселые. Из-за этого урода я буду вечно ненавидеть голубые глаза.

– Лучше ненавидеть голубые глаза, чем себя, – почти шепотом произнесла Анни.

– Что такое? – сердито спросила Каро, когда служанка зашнуровала ее корсет.

– Просто разговариваю сама с собой.

– Ничего подобного, – сказала Каро, отпуская служанку. – Не хочу открыто называть тебя лгуньей.

– Разве не это ты только что сделала? – усмехнулась Анни.

– Нет, это не так, – улыбнулась в ответ Каро.

– Ну что же, выходит, я не должна обижаться. Какое счастье, что я не обидчивая.

– Нет, это счастье для меня.

– Ты счастливая во многом, Каро, – произнесла Анни уже более серьезно. – Не пускай счастье по ветру, особенно ради мести.

– Мести? – переспросила Каро, пристально глядя на себя в зеркале. – В моей душе мести нет.

– Тогда она должна находиться в каком-то другом месте, – сухо проговорила Анни. – Возможно, у тебя в печенке?

– Не будь смешной, Анни.

Та улыбнулась и встала позади Каро, чтобы слегка поправить ее волосы.

– Ты говоришь точно, как твоя мама.