У меня распахиваются глаза. Он и правда освободился, когда пришли его солдаты, но о чем еще он говорит? Я внезапно вспоминаю, как привязала его к дереву, чтобы он облегчился. Когда я вернулась, бинты, связывавшие его руки, выглядели иначе.

«Там надо как бы руками держать».

О звезды мои.

— Но я не хотел, чтобы меня отпускали. Дочь Сарафа собиралась доставить меня к его порогу в качестве подарка. Если бы вы дали мне сделать все самому, от его кишок осталось бы только пятно на полу. И что важнее, мы бы уже точно знали, в каком состоянии мой отец.

Мое тело пробивает дрожь. Я растеряна. Тристан играл со мной. Не намекает ли он, что подставил меня? Столкнулся со мной неслучайно? Позволил взять его в плен?

Нет. Никто не может быть настолько хорошим актером. Я вспоминаю его признание в ту ночь у костра: «Если бы я знал о тебе все, то был бы в курсе, что ты умеешь так метать ножи».

Он и правда не знал, и я помешала его миссии — хвала небесам. Но он подстроился и поменял планы, чтобы я доставила его в Ханук.

Пламя гнева вспыхивает у меня в животе: надо же, а я хотела его отпустить! Отца бы убили, если бы не люди Тристана, выстрелившие в меня отравленной стрелой.

— Почему вы считаете, что ваш отец жив? — спрашивает мягкий голос. Одна из женщин-солдат. — Свидетели докладывают...

— Я знаю, — рявкает Тристан. Раздается звук удара, будто что-то врезается в стену. — Вот поэтому я и пошел сам. Нам нужно действовать, и план прост: мы прокрадемся внутрь, уберем всех, кто встанет у нас на пути, и найдем моего отца. Я не буду тратить зря еще один день, пока не узнаю. Хоть идите со мной, хоть нет.

Нет.

— Сэмюэл, что у нас с разведданными? — спокойно спрашивает Вадор.

— Сараф и почти все его солдаты двинулись обратно к кланам. Он отправил людей на поиски девушки, — докладывает Сэмюэл. — Возможно, сейчас и впрямь удачное время для удара. Они будут разделены. Перестреляем большую часть по пути.

У меня перед глазами расплываются черные пятна.

— А что девушка? — интересуется Вадор. — Во время установления вашей связи ты узнал что-нибудь полезное для нас?

— Нет, — отвечает Тристан. — Я отвлекся на попытки не умереть.

Кто-то сдавленно хихикает и что-то говорит, но мне не разобрать.

— Тебе нужно попробовать снова, — настаивает Вадор. — Она наш самый ценный ресурс.

— Я уже пробовал и еще попробую, — говорит Тристан. — Но она мне не доверяет.

— Так завоюй ее доверие.

Я выдыхаю с отвращением. Так вот почему меня заперли здесь. Кому нужны пытки, когда Тристан может использовать связь для доступа к моим воспоминаниям или чему-то другому у меня в голове? Мне неизвестны тактические планы отца, но я знаю, где расположены кланы. Лица важных людей и их близких. Я даже знаю, кто был ранен и еще не поправился. Слабые места бывают разные.

Невидимый канат между нами с Тристаном рывком натягивается. Ощущение напоминает вчерашнее, когда я случайно послала в его разум воспоминание.

Скрежет кресла. Кто-то идет. Я вздрагиваю и пячусь, но снова врезаюсь в стол. Клятая банка падает и скатывается на пол, разбиваясь вдребезги.