— Вы играете в опасную игру, сэр, надо сказать.

С легким стуком на пол падает книга.

— Что ты делаешь? — спрашивает Тристан.

Я едва не задаю тот же вопрос, когда Сэмюэл хватает еще одну, пролистывает и бросает рядом с первой. Он что, не знает, насколько ценны книги?

— Очевидно, надо обыскать комнату на предмет оружия, — поясняет Сэмюэл. — Скорее всего, она спрятала то, что еще смогла найти.

Я бросаю взгляд на другую сторону кровати, где оставила на виду тетрадь и пузырек с таблетками. О судьбы.

— Я не ожидал гостей и забыл убрать свой нож, — говорит Тристан. — Вот и все. Он был один.

Сэмюэл игнорирует его, проводя по книжной полке ладонью, и я опять отмечаю, насколько он большой и сильный. Под темной, увешанной оружием одеждой бугрятся мышцы. Нос был сломан слишком много раз, чтобы назвать его красивым, а левую бровь прорезает шрам, как река, текущая через поле. Как и про Джеральда, с первого взгляда можно понять, что это боец. Воин. А учитывая привычку Сэмюэла травить своих врагов, он крайне опасен. Может, и хорошо, что он не найдет никакого спрятанного оружия.

— Я разберусь, — говорит Тристан.

— Или вы можете дать мне сделать мою работу. Сэр. — Книги снова падают на пол.

— Я разберусь, — повышает голос Тристан. — Можешь идти.

Они прожигают друг друга глазами. Сэмюэл не привык получать приказы от Тристана. Интересно.

— Я уйду... после того, как скажу еще кое-что. — Яростный взгляд Сэмюэла скользит ко мне. — Если ты еще хоть на кого-то поднимешь оружие или сделаешь что угодно, угрожающее нашей безопасности, — что угодно, — тебя запрут так надолго, что даже он не сможет...

— Довольно, — рычит Тристан.

Сэмюэл неохотно затыкается, но на его лице читается все, что он не договорил: «Я буду следить за тобой».

— Иди, Сэмюэл, — говорит Тристан. — И пошли за Хэншо. Может, он поймет, почему она упала в обморок.

Несмотря на то что угроза Сэмюэла сильно меня напугала — особенно когда он не ушел, как ему было велено, — я все равно обращаю внимание на реплику Тристана и прищуриваюсь. В какую игру он играет?

— Я потеряла сознание, потому что не только была отравлена, но и вы не давали мне ни еды, ни лекарств несколько дней. Мне повезло, что я вообще из кровати выбралась.

Тристан застывает.

— О чем ты говоришь?

— О том, что я тебя раскусила. Ты знаешь, что тебе не удержать меня здесь, поэтому моришь голодом и не лечишь. Ты приковал меня к кровати, не пошевелив и пальцем. И при этом все равно запер дверь на кусок металла. — Мой голос дрожит, и я ненавижу себя за эту слабость. — Мне всегда говорили, что вы жестокий народ, но это...

Я застываю от новой мысли.

— Кровавые небеса, ну конечно. — Мой взгляд впивается в мертвенно-бледное лицо Тристана. — Поверить не могу, что я не поняла раньше. Ты хочешь довести меня почти до смерти, чтобы заставить снова использовать связь с тобой. Если я отчаянно захочу исцелиться, ты получишь доступ к моей памяти. — Мои глаза наполняются слезами. — Обещаю, у тебя ничего не выйдет.