– Кого – «кого нибудь»? Джерико?

– Да… как он выразился, «старая любовь не ржавеет». Я ведь тоже помню, как мы с тобой уже спали вместе, планы какие то строили, на Кейп Розу шли, – но когда ты о Джерико упоминала, у тебя аж голос менялся.

– Забудь, – невесело усмехнулась Лесли. – Это все уже давно в прошлом. Мне теперь кажется, что я вообще его никогда не любила. Любила вымышленного человека, которого сама себе придумала – и изо всех сил старалась закрыть глаза на то, что настоящий Джерико вовсе не такой. – Покачала головой: – Нет, сержант зря беспокоился – я бы не стала никого предупреждать…

Она запнулась, подумав про Пита. А его?! Его тоже бы не предупредила, смолчала?! И Честера, и малыша Бобера… Да, конечно, сержант сказал правильно: «Если Хефе прикажет, они в тебя выстрелят – и ни на секунду не поколеблются», – и все же…

С собаками все обошлось куда легче, чем Лесли опасалась.

Джедай остановил БТР примерно на уровне северной оконечности озера – места, где она рассталась с ними. Лесли зашла в лес шагов на пятьдесят и громко протяжно свистнула, направляя ладонью звук к земле: «Сбор стаи, сбор стаи!» Собаки появились буквально через минуту, словно ждали где то неподалеку. Вылетели из подлеска радостные, ликующие: хозяйка пришла! – наскакивали лапами, тыкались мордами.

Лесли погладила и похлопала каждую, заодно пересчитала – все здесь, на месте – и двинулась к дороге. Они побежали рядом – пушистые хвосты развевались как победные флаги.

На шоссе они вышли футах в пятнадцати от БТРа. Люк на корме был уже открыт. Собаки настороженно разглядывали огромную, пахнущую железом и бензином махину, но попытки удрать, слава богу, не делали.

Первой Лесли отвела к БТРу Алу – пусть остальные видят, что это не страшно и не опасно. Старая собака выросла на военной базе, машины видела не раз и страха при виде них не испытывала. Поэтому, повинуясь команде, она сама запрыгнула на броню – чуть не сорвалась, пришлось помочь – и соскочила в люк.

Следующим был Белонос – самый нервный из всех. Лесли боялась, что он растявкается и перебудоражит остальных.

Вообще говоря, собаки у нее были приучены к безоговорочному подчинению – это облегчало дело, когда нужно было вытащить из лапы занозу или промыть воспалившийся глаз. Но БТР – это уж слишком! Футов за десять до него пес затормозил, начал упираться всеми лапами. Не долго думая, Лесли одной рукой подхватила его под грудь, второй – за шкирку и, пронеся несколько шагов, мордой вперед спустила в люк, где его принял Джедай.

Тем же путем проследовали и остальные собаки. Огрызнуться, когда ее подняли, посмела лишь Юта. Лесли хлопнула ее по загривку: «Ты что это?! Ну ка, сиди спокойно!» – и запихнула в БТР.

Перед тем, как захлопнуть люк, взглянула в небо, чистое и ясное, – здесь, за соснами, черного облака было уже не видно.

– …Они давно готовились, уже несколько месяцев. Сардж у себя в мастерской понемногу делал мины, а майор их уносил и прятал на электростанции. И сегодня заложил на бензохранилище, – Джедай вел БТР и одновременно рассказывал. – А когда мы по площади пронеслись, бучу подняли, под шумок пошел и запустил таймеры.

– Но зачем ему это было надо?! – воскликнула Лесли. Вот уж от кого от кого, а от майора Мерфи она меньше всего ожидала чего либо подробного.

– Чтобы остановить банду Джерико, – жестко объяснил Джедай. – Чтобы люди в окрестных поселках жили свободно, не платя никому дань и не отдавая своих девочек в рабство. А без бензина, сама понимаешь, «цивилизация» Джерико долго не протянет. Даже если Логово не сгорит, там уже больше никогда не будет ни электричества, ни воды; машины и мотоциклы без горючего тоже далеко не уедут.