При виде Лесли он приветственно махнул рукой:

– Проходи, садись!

Она подошла, стараясь не слишком заметно сглатывать при виде стоявших на столе яств, и села в кресло. Взглянув поверх ее головы на бритоголового, Джерико кивнул ему на дверь, но тот продолжал стоять.

Джерико усмехнулся и шевельнул ладонью – этот жест без сомнения значил «не бойся, все в порядке». Лишь после этого Лесли услышала удаляющиеся шаги и тихий скрип двери.

– Ешь, не стесняйся, – сказал Джерико. – Я тебе треть яичницы оставил.

Она и не стеснялась, просто в первый момент не могла решить, с чего начать: с яичницы или с пирога. А может, с колбасы?

В конце концов она начала с яичницы, заела ее хлебом с колбасой и несколькими кусками пирога – как оказалось, с мясом. На остальное ее уже не хватило.

Джерико поглядывал на нее чуть ли не по отечески. Сам он, похоже, наелся раньше и теперь лишь отщипывал по кусочку пирог; увидев, что она больше не ест, спросил:

– Ну что, сыта?

– Да, спасибо, – кивнула Лесли.

– У тебя, наверное, есть ко мне вопросы. Так что давай, спрашивай – покончим с этим побыстрее, – всего минуту назад он был благодушен и любезен, теперь же лицо отвердело и губы жестко поджались.

Лесли понимала, что, хоть он это и предложил, на самом деле ни на какие вопросы ему отвечать не хочется. И все же она не могла не спросить:

– Как получилось, что ты жив?

– Я и не умирал. Просто нашел это место и понял, какие оно дает возможности.

– А что это за место?

– Мы называем его Логово, но когда то здесь находилась база ВВС США Рио Лобо. Здания, электричество – все осталось с тех самых пор. Ты, например, сегодня ночевала в бывшей гостинице для командировочных. Но суть даже не в этом, а в том, что здесь, на этой базе находилось одно из самых крупных бензохранилищ на территории Соединенных Штатов. Находилось – и находится до сих пор, и бензина тут хватит еще на пару поколений.

– Ну да?! – вырвалось у Лесли.

– Да, – Джерико улыбнулся, довольный произведенным впечатлением. – И, как я тебе уже сказал, я сразу понял потенциал этого места и решил здесь остаться.

– Но почему Смайти сказал, что ты погиб?!

– Потому что я его об этом попросил. Мне вовсе было не нужно, чтобы ты в один прекрасный день заявилась сюда с младенцем на руках.

– То есть… это все из за меня? – с ужасом шепотом спросила она.

– Да. Да, в основном из за тебя. И не смотри на меня так! Я не хотел этого ребенка, мне еще и двадцати не было – какой из меня отец! А ты меня перед фактом поставила. И мало того – от меня начисто отстранилась, будто я пустое место. То тебя тошнит, то ты вечно спишь…

Из коридора внезапно послышался шум и невнятные возгласы.

– Эй, что такое?! – раздраженно обернулся Джерико.

Дверь распахнулась, и в комнату, отмахиваясь от кого то, оставшегося в коридоре, с топотом влетела давешняя блондинка в коричневом платье. При виде Лесли она на миг перекосилась, но тут же, натянув на лицо веселую улыбку, подбежала к Джерико:

– Что такое?! Я сижу, жду, а ты, оказывается, без меня тут завтракаешь! Чего ты меня не позвал?!

Она хотела выглядеть уверенной, а выглядела жалкой. Теперь, при свете дня, стало видно, что лет ей от силы семнадцать, подол ее бархатного платья помят и испачкан, а ресницы неумело и обильно покрашены сажей.

– Потому что я обсуждаю вопросы, которые не твоего ума дело! – сердито ответил Джерико.

– С ней? – девушка постаралась вложить в этот вопрос полную меру презрения.