– Добро пожаловать на Лиму, Майкл! – произнес шагнувший справа еще один встречающий – именно такого возраста, какого ожидал Джек. Но не успел он подумать о том, кто же из двоих мистер Джилберт, как сильный удар в солнечное сплетение переломил его пополам и Джек сам не понял, как оказался на полу.

Все царапины и выбоины на искусственном мраморе оказались перед ним так пугающе близко. Чемодан? Про него Джек сейчас не думал, он силился вспомнить, как дышать. Он чувствовал, что без кислорода начинает терять сознание, однако, как дышать – как сделать первый вздох забыл напрочь.

«Ударили слишком сильно, – подумал он. – Так даже в тюрьме не били.»

Последовал резкий рывок и он оказался на ногах, а затем, начал, наконец, вдыхать пересыщенные ароматизаторами воздух аэровокзала, содержавший весь набор необходимых дезинфекторов.

«За что? В чем было нарушение режима?» – подумал он, решив что его волокут в штрафной изолятор.

Сильный удар, шок, и наручники на запястьях заведенных за спину рук, заставили Джека потеряться в ощущениях и он был уверен, что все происходило в Дронверской тюрьме у начальника Гринспена.

И лишь, когда холодный ветер и колючий снег ударили ему в лицо, он вспомнил кто он сейчас и где находится. На Лиме.

«Добро пожаловать на Лиму-Красную!»

Спасибо, оценил. И гостеприимство и хватку «службы дальней связи». Умеют работать.

О том, что теперь будет, думать совсем не хотелось. Ветер и снег наконец прекратились и в воздухе запахло табачным перегаром. Это уже был салон какого-то микроавтобуса.

– Что, сученок, не ожидал?

Это сказал тот самый – второй «встречающий», который по возрасту больше подходил к ожиданием Джека.

Понятно было, что ответа от него не ждали. Это был риторический вопрос.

– Горди, зачитай ему его права…

– Да на кой они ему, капитан? Когда мы их кому зачитывали, с чего такие исключения?

– Ну, может ты и прав. Но напомни позже, чтобы я тебя наказал.

– За что, капитан?

– Слишком много текста, сержант!

Микроавтобус качнулся на какой-то неровности и начал круто разворачиваться – Джека бросило к борту и он увидел, что снег почти закончился и проносившиеся мимо машины, взбивали его в невесомую пену, которая поднималась тысячами мыльных пузырей, все выше и выше.

Это было похоже на какой-то детский праздник с эффектами. На мгновение он даже забыл в какой ситуации оказался.

Не было луж, не было ручьев вдоль асфальтового полотна – всего того, что привык видеть Джек в таких случаях. Под действием дорожных присадок здешний снег, превращался в «мыльные пузыри» и уносился ветром, а выглянувшее солнце лишь ускоряло этот процесс.

– Что в чемодане, урод? – спросил капитан, держа багаж Джека на коленях и осторожно дотрагиваясь до его замков.

– «Джоб» у него там. Стопудово – «джоб»! – заявил сержант Горди. – Джилберт не стал бы сдавать пустышку – он знает, что ему за это будет!

– Хорошо бы, – сказал капитан поглаживая чемодан, словно не слишком голодный реплиттер пойманную антилопу, предвкушая момент, когда начнет ее потрошить. – Хорошо, если бы «джоб», да Алджерон? Алджерон, ты чего молчишь?

– Я не молчу… Я сдерживаюсь… – простонал кто-то с переднего ряда кресел.

– А если бы он начал стрелять, а Алджерон? – подхватил тему старшего сержант Горди. – А мы с капитаном – голые, ствол только у тебя!

– На Канвизи до самого Саманала-Локи – пробка! – крикнул водитель, прерывая издевательства над невидимым Джеку Алджероном.