Изменить размер шрифта - +

Хозяин Сомерсета сидел в высоком председательском кресле за длинным столом и походил на жаждущего крови судью, еще до разбирательства вбившего себе в голову вынести смертный приговор закоренелому преступнику.

Расположенная в башне замка комната, которую граф избрал для суда над Мнрогаром, утопала в мутно‑красноватом свете факелов, укрепленных в железных скобах по стенам; косые солнечные лучи едва пробивались сквозь узкие бойницы. В комнате горел и камин, но он лишь выхватывал из темноты мрачную фигуру сидевшего спиной к нему графа, а не освещал помещение, За столом справа от графа сидел принц, пребывавший явно не в лучшем расположении духа, а еще дальше епископ, в черной сутане и с массивным золотым крестом на груди. Рядом с епископом примостился священник, щуплый человечек, которого Джим видел однажды за обеденным столом в Большом зале. Слева от графа сидел Каролинус.

Недалеко от стола, на поставленных в ряд у одной из стен стульях, расположились Джим, Анджела и Брайен, а у противоположной стены в мягком кресле, выделанном из бочки, восседала Агата Фалон. Она казалась совершенно невозмутимой.

Джим и Энджи делали вид, что все обстоит как нельзя лучше, хотя оба были встревожены; Энджи, чтобы сохранить внешнее спокойствие, даже держалась за руку Джима, пряча ее в складках своей широкой юбки. Брайен был мрачен.

Хотя, казалось, на что было досадовать Брайену? Он выиграл турнир и получил в награду не только коней и доспехи уступивших ему в бою рыцарей, но и полную шапку золота из рук принца, поздравившего его с победой от имени самого короля.

Дело в том, что Брайен хотел есть. По его разумению, обед был гораздо важнее того спектакля, который вот‑вот должен разыграться в комнате. Конечно, Брайен успел немного перекусить. Но что это за еда, которой кормили гостей все Рождество? Разве ее было вдоволь? А вино? Неужто оно текло рекой? Да и сегодняшний обед вряд ли доставил кому‑то удовольствие. Мало того, Брайена оторвали от стола, когда он едва утолил первый голод. И для чего? Для непонятного разбирательства, которое граф и судом‑то открыто не называет, боясь скомпрометировать Агату Фалон. Хозяин Сомерсета имел полное право вершить суд на своей земле, однако он повел дело скрытно, втайне от большинства гостей, оставив тех за обеденным столом в Большом зале.

Джима тревожила Энджи. Он чувствовал, что она волнуется.

– Что с тобой? – тихо спросил Джим.

– Думаю о том, чем закончится эта сумятица. Ведь это мы помогли Мнрогару сыграть роль Черного Рыцаря.

– Не падай духом, Энджи, – сказал Джим. – О поставленном нами спектакле знает один Каролинус, а он нас не выдаст.

Не выдаст ли? – подумал Джим. В последнее время Каролинус стал скрытен. Может, он ведет собственную игру, а Джима просто использует в своих целях? Джим не сомневался: Каролинус симпатизирует им с Энджи. Но, если Царство магов воздавало должное Каролинусу, то ответно и он шага не мог ступить без Царства магов. Зайди речь о лишении Каролннуса его ранга, маг, чего доброго, пожертвует дружбой с Энджи и Джимом, чтобы спасти себя. С Черного Рыцаря сорвали маску, и это может привести к непредсказуемым последствиям.

Пока что, ясное дело, граф желает расправиться с Мнрогаром и снять пятно с репутации Агаты Фалон. Удастся ли ему это? Мнрогар, несомненно, действовал инстинктивно, и вряд ли чутье его подвело. Странное дело, Джиму и в голову не приходило, что затесавшимся на трибуне троллем может оказаться женщина. Хотя, похоже, не все так просто. Джим вспомнил слова Шерлока Холмса: «Ищи недостающего свидетеля!»

В комнату ввели закованного в кандалы Мнрогара. Джим усмехнулся, – тяжелые железные кольца и цепи на руках и ногах гиганта казались побрякушками.

Мнрогар свирепо огляделся и неожиданно смягчился, найдя глазами Агату Фалон; потом он подался вперед и угрожающе уставился на хозяина Сомерсета.

Быстрый переход