Глава 4. Кровные родичи

1. Записки Аристократа

Нам пришлось еще потерять время, возвращаясь за бубном Вии — она заявила, что без него дальше не пойдет. Ладно, кто я такой, чтобы отказывать женщине в такой мелочи?…

Бубен обнаружился выше по течению того же ручья: оказывается, именно рядом с ним Вию и поймали. Когда она поняла, что ее неминуемо схватят, то зашвырнула бубен подальше, и он упал в густые заросли шиповника. Удивительно, как не разбился. Я уж думал: ну все, исцарапаюсь, пока буду лазить… нет, шаманка полезла сама. Не доверила. А когда вернулась, ни царапинки на ней не было. Как будто кусты перед ней сами расступились.

Я к ней очень тщательно присматривался. Двигается уверенно, одежда выглядит более или менее аккуратной — недолго в плену продержали?… Видал я, в какие лохмотья превращается одежда узников… Или держали ее в куда более приличных условиях, чем доводилось сиживать, скажем, мне.

Впрочем, когда я попал тогда в застенки, особенно рассиживаться мне не давали. Зато теперь свысока могу поглядывать даже на опоясанных рыцарей: немало песен поется о нескончаемых мытарствах бравых вояк, и о том, как высоко потом вознесла их судьба. Меня пока судьба никуда не вознесла, но, судя по количеству синяков и шишек, в перспективе, как минимум, графство и женитьба на королевской дочке.

Когда мы вернулись на дорогу, шаманка предусмотрительно прикрыла лицо маской, будто бы от пыли, и широким капюшоном. Было ясно, что девушка довольно долго странствует вдали от родной северной земли. Удивительно, что до сих пор умудрялась гулять относительно на свободе. Или для Вии Шварценвальде жизнь была чередой побегов?…

Она упоминала о каком-то наставнике, с которым странствовала вместе. Быть может, этот наставник защищал ее?… Тогда смерть показалась ему желанным отдыхом: у девчонки настоящий дар влипать в неприятности.

Шаманка сидела в седле позади меня, обхватив руками за талию. Я решил, что в ближайшем селе надо будет купить для нее лошадь или, может быть, осла — а то Иллирика будет чересчур уставать в дороге.

Дорога, кстати, была отличная. Перевалило за полдень, жара потихоньку стала спадать. А может, все дело было в том, что мы теперь ехали по лесу, и дающих тень ветвей хватало в избытке.

Леса я не боялся — во-первых, что я, не отмашусь от разбойников, или уж не ускачу на худой конец?… Во-вторых, края тут достаточно мирные… Что до диких зверей, то они сидят себе по чащобам, дрожат от страха перед людьми.

Думал я и о другом. Шаманка сказала, что она полукровка… Но ведь девушка ничем, кроме собственно цвета, не похожа на гуля. Те — высоченного роста, с ручищи до колен. Ладони — настоящие клешни, ступни — лопаты, зубы оскалены. Глаза — да, умнее, чем у животных, — яростные, пронзительно жестокие. Но ненависть и жестокость эти — не человеческие. Я встречался с гулями… я знаю. Более или менее. В точности-то не знает никто. Кто-то говорит, что красные чудовища — остатки древних племен, ранее наравне с людьми проживавших в Подлунном Мире, кто-то — ошибка, неудачные слуги новых богов. Гули часто совершают набеги на человеческие поселения, иногда похищают женщин. Но я никогда не слышал, чтобы кто-то из этих пленниц когда-то возвращался, и, уж подавно, никогда не слышал о полукровках. Да и откуда им взяться, если гули никогда не оставляют в живых попавшего к ним человека?

В лесу простучал дятел и затих — смутился, что ли?…

Я спросил:

— Послушай, Вия… ты говорила, что ты одна такая.

Она сразу поняла, что я имею в виду.

— Насколько я знаю.

Я молчал, не зная, как спросить.