А она не чувствовала это. Ей просто было не по себе.

 Джоэл опытным взглядом окинул ее с ног до головы, выразил свое одобрение и одновременно неравнодушие и заставил ее рассмеяться еще до того, как они вышли из дому.

 - Ты что, в плохом настроении? - озабоченно спросил он. - Мы найдем себе уголок и сыграем в покер, если вечер будет несносным, не беспокойся.

 Она покачала головой, довольная тем, как он выглядит в темном костюме. Волосы его были аккуратно зачесаны, синие глаза сверкали.

 - Ты не представляешь, как это будет ужасно, - сказала она ему. - Придется выстоять три часа, ничего не делая, а только обсуждая больничные проблемы. Не подают ничего, кроме мартини, а хуже напитка, по-моему, еще не придумали. Половина жен ожидают, что ты обязательно знаешь, в каких благотворительных организациях они состоят, а если нет, то тут же обижаются.

 - Похоже, ты намекаешь, что мне лучше было бы прийти со старой теткой из общества "Дочери Американской революции"? - Он намеренно поправил галстук, когда они сели в машину.

 - Ты сейчас смеешься, а через полчаса будешь зевать.

 - Я готов развлечь компанию рассказами о моих уличных похождениях в былые времена.

 Джоэл сумел поднять ей настроение к моменту прибытия к городской ратуше. Он не знал точной причины не характерного для нее подавленного настроения, но отчасти догадывался. Клер любила быть с людьми один на один, а в толпе она нервничала.

 - Я никогда не нахожу, о чем говорить со всеми этими людьми, пробормотала она, когда он снимал с ее плеч белый плащ.

 И тут же показала себя совсем с другой стороны. Джоэл с гордостью наблюдал, как многие врачи и их жены подходили к ней и радостно приветствовали ее. Возможно, Клер не слишком нравилось это внимание, но было видно, что коллеги высоко ценят ее.

 Ее увели от него уже через несколько минут. Джоэл не возражал. В баре, как и полагалось, стаканы не оставались ни у кого пустыми. Ратуша была со вкусом обставлена в стиле королевы Анны, и Джоэл с удовольствием бродил по ней, рассматривая предметы старины. Незнакомые люди связывали его персону с Клер и сразу представлялись. Ему хватало собеседников, и он сам активно поддерживал разговор. Некоторые из гостей, как предсказывала Клер, придерживались устаревших взглядов, но большинство показались ему знающими и доброжелательными людьми; мужчин было немного больше, чем женщин.

 Первые полчаса он не сводил глаз с Клер, а следующие полчаса он наблюдал за мужчина-, ми, большинство из которых тянулись к Клер, как к магниту, время от времени. Его настроение резко изменилось. Врачи всегда считались образцом хорошего воспитания, он никогда не предполагал, что она работала со стаей волков. Не прошло и часа, как Клер уже несколько раз поцеловали.

 Она подходила к нему в следующие полчаса, держа все тот же недопитый бокал мартини.., и ее снова быстро уводили. Один врач, который, он точно знал, был женат - он и выглядел как человек женатый, - утащил Клер в угол обсуждать какие-то там технические приемы в медицине. Джоэл не изучал медицины, но в технических приемах прекрасно разбирался.

 Он весь позеленел от ревности. И готов был встать на стол и громогласно объявить, что она принадлежит ему.

 Никто не проявил ни малейшего желания уйти в девять, когда официально заканчивался вечер. В десять минут десятого он увидел, как к нему пробирается Клер, в хорошем настроении, с блестящими глазами. Шелковое платье обвивало ее фигуру при каждом движении. Она схватила его руку и тихо сказала: "Может, снимемся с этой многолюдной стоянки? Мы достаточно долго хорошо себя вели".