– Вот и не надо, – ответил Пол. Он еще раз глотнул вина и подумал, что оно намного крепче, чем ему показалось сначала. В голове у него уже ощутимо шумело. – Вот и не надо тешиться с одним, оставляя другого в дураках, не так ли, братец?

До того дня он никогда не употреблял подобного обращения. Если Бард еще немного соображает, то ему плохо придется… Выручила его девица. Она опять коротко хихикнула и спросила:

– Как же нам быть?

Пол уже так сильно нагрузился, что желание полностью овладело им. Между тем Бард нетвердой рукой подбросил монету. В этом не было ничего удивительного – подобный способ решения он встречал на самых разных планетах. Он кивнул – и в следующее мгновение у него перед глазами возникла странная, неясная картина. Некий дикий танец тел – Барда и девицы, его собственной плоти и той девицы. Первым, обнажившись, улегся Бард и водрузил женщину на себя. С удивлением Пол увидел, что сам прижался к ней сзади. Но все это виделось как бы издалека, расплывчато… Его руки оглаживали ее спину, коснулись рыжеватых волос, опустились, дотронувшись до груди. Она тут же повернула к нему голову и жадно поцеловала его. Потом громко охнула, когда Бард вошел в нее. Одной рукой она поглаживала Барда, другой нащупала мужскую силу Пола и легонько приласкала ее. Далее все было смутно… Пол на мгновение обнаружил, что держит их в своих объятиях. Между ними ничего не осталось запретного, в следующую секунду он вдруг увидел свое лицо и испытал, что именно он – Бард. Теперь все их три тела слились, заколыхались в жутком танце. Женская плоть оказалась только поводом слиться им воедино. Это было странное, магическое ощущение. Он не мог сказать, как долго это продолжалось и кто какую роль теперь исполнял. Тяжкий давящий сон обрушился на него. Он погрузился в темноту.

Проснувшись, Пол обнаружил, что один в постели. Девица сбежала – вот и хорошо, он бы при свете дня и глянуть на нее не посмел. Она ни в чем не виновата, она была только поводом, чтобы ощутить слиянность и вечное противоборство, которое ожидает его в общении со своим двойником. Сквозь боль похмелья проступило сожаление – лучше им было бы держаться поодаль друг от друга… С трудом он встал с постели, сполоснул лицо ледяной водой из бадьи. Скулы сводило от зевоты. В эту минуту в комнату вошел Бард, на удивление свежий, уже в мундире…

– Мой ординарец раздобыл где‑то кувшин жако. Если твоя голова устроена подобно моей, то, должно быть, она раскалывается от боли. На, выпей. – Он отлил содержимое кувшина в кружку и протянул Полу.

Напиток был темен, вкусом напоминал горький, без сахара, шоколад, однако действовал не хуже черного кофе. В голове быстро утих раздражающий бой скопища молоточков, зрение прояснилось.

– Я хотел поговорить с тобой, Паоло. Ты вчера держался молодцом. Эти гарпии, атакующие с неба, – что‑то новенькое, наши лерони не были к ним готовы. И все было так реально! А ты, как утверждаешь, ничего не видел.

– Я и сейчас утверждаю то же самое. Все, что мне мерещилось, я воспринимал твоими глазами.

– Значит, ты невосприимчив к такого рода иллюзиям. Думаю, мне стоит поделиться этой новостью с мастером Гаретом. Правда, конфиденциально… Может, он способен объяснить эту странность. Это очень важное качество. Помимо всего, это преимущество действительно открывает тебе двери к самостоятельному командованию. Этот день придет, и довольно скоро. Люди пойдут за тобой в бой, я вчера имел удовольствие в этом убедиться. Только остерегайся лерони, будь с ними осторожен, не болтай лишнего. Они что‑то учуяли насчет тебя. – Бард рассмеялся. Смех у него был отрывистый, лающий. – От этого проклятого варзиловского договора есть польза. Если все дело в том, чтобы сражаться без использования колдовских уловок, у нас появляется важное преимущество.