Рут решила на всякий случай убрать почти высохшее белье. Слава Богу, окна в домике небольшие, думала она, и вряд ли разобьются. Не то, что огромные стеклянные панели городских домов. Моя хибарка выдержит, уговаривала себя Рут, а огромное густое дерево прикроет его от прямого шквального ветра с востока.

Она сворачивала белье, когда подошел сосед. Рут всегда поражало причудливое сочетание его огненно-рыжих волос с темной, почти шоколадной от загара кожей. Он пришел сказать, что уезжает, и оставил свой веллингтонский телефон.

— Звоните, если что-то случится и понадобится моя помощь.

— Спасибо. Обязательно позвоню. Вы уезжаете прямо сейчас?

— Да. Жена хочет оказаться дома до того, как здесь начнется катавасия. Она неспокойно чувствует себя в этих времянках, а метеорологи говорят, что ураган пройдет именно здесь.

— Со времен постройки эти дома выдержали немало катаклизмов. — Рут старалась убедить скорее себя, чем соседа. — Так что я не стала бы особенно беспокоиться за их судьбу. А вот вы будьте на всякий случай поосторожнее в пути. Кто знает, что может случиться на открытом месте?

— О, за нас не волнуйтесь. Дай Бог, чтобы у вас все обошлось! — Он улыбнулся и собрался было уходить, но затем, сдвинув брови, сказал: — Кстати, следите за этим деревом. Пару лет назад в зимний буран у него сломало большую ветку. Я посоветовал тогда Полу спилить его, но он отказался: дескать, дерево само по себе крепкое и еще переживет всех нас.

Рут повернула голову в направлении его озабоченного взгляда. Мощные, широкие ветви простирались над большей частью лужайки перед домом.

— Дерево никому не мешает.

Сосед возразил:

— Даже если ветер не повалит его, одних сломанных веток будет достаточно, чтобы разрушить ваш дом. Если ураган придет с запада, ни секунды не ждите — перебирайтесь к нам. — Он полез в карман, достал ключ и протянул ей.

— Нет-нет, что вы! — запротестовала Рут.

— Возьмите. Всякое может случиться. Так нам будет спокойнее.

Видно было, что он искренне хочет помочь Рут, и она взяла ключ. Сосед еще раз посоветовал ей быть осторожнее, попрощался и направился к дороге, где его ждал автомобиль с лодкой на прицепе.

Ближе к вечеру пошел дождь. Сначала мелкий, потом все крупнее и крупнее. Порывы ветра становились яростнее. Рут поняла, что буря их не минует.

Спустя полчаса после того, как начался дождь, в дверь постучали. На пороге стоял Питер. Не Генри. Рут почувствовала острый укол обиды и разочарования.

— Привет, — слабым голосом произнесла она.

— Привет! — Питер с любопытством оглядел ее убогое жилище. — Мистер Ормонд прислал меня спросить, как вы тут.

— Превосходно, Со мной все в порядке. — Значит, Генри не бросился бежать отсюда вместе с остальными! — пронеслось в голове Рут.

— Ваша лачуга, похоже, не только урагана, но и шквального ветра не выдержит.

— Вы местный и должны знать — ураганов у нас, как правило, не бывает: циклоны теряют силу, как только достигают прохладных вод.

— Шквальные ветры тоже могут причинить изрядный ущерб, — не унимался Питер.

— Их задерживают горы. Передайте мистеру Ормонду, что он может не беспокоиться — ему ничто не угрожает.

Питер, казалось, не заметил этого мелкого укола.

— О себе ему нечего беспокоиться. Его дом построен на совесть.

— А мой за свои пятьдесят лет и не такое видал!

Питер посмотрел на дерево, ветки которого уже ходили ходуном.

— Сколько себя помню, оно всегда было здесь, — пожала плечами Рут, перехватив его взгляд.