Дебби попробовала дольку оранжевой сферы. Ее изумительная сладость заставила ее буквально замереть на месте.

– Древесный корм!

– Это апельсин. Он…

– Я поняла. – Дебби наугад ткнула пальцем в одно из растений. – А это что, желтое?

– Слива. Она еще не созрела.

У сливы был кисловато‑горький вкус. Эдженесс протянула ей темно‑красный сфероид, сорванный с другой грозди.

– Эта будет повкуснее.

Она оказалась права.

– Но вы же не станете тратить все свои сбережения на фрукты, – сказала Эдженесс. – Вы еще бобов возьмите, правда, их надо готовить. Пускай Карлот сведет вас в «Бифштексы Полурукого», а потом уже решайте. Если только вы не настоящие богачи. Тогда вы можете купить все, что угодно.

– Не знаю, сможем ли мы это себе позволить, – ответил Клэйв. – Мы еще не разговаривали о ценах.

Эдженесс кивнула:

– Вот. Здесь можно есть все, кроме сердцевины, попробуйте, если хотите. Это яблоко.

– Клэйв, а в Кроне Квинна у вас было что‑нибудь подобное? – спросил Разер.

– Нет. Стоп, кукуруза! До засухи мы выращивали кукурузу. Вот она. Оборви листья, а теперь эти волоски. – Он улыбнулся, глядя, как Разер тут же впился в нее зубами. – Можно есть только внешний слой, и, вообще‑то, ее варят.

– И так нормально. Оставить эту белую штуковину?

– Стет.

Рука Рэйма как бы сама по себе проскользнула в один из кустов. Три красных шарика, каждый размером с ноготь его большого пальца, тут же очутились у него во рту. Дебби была почти уверена, что Эдженесс заметила это. Но та только улыбнулась.

Из‑за стены листвы вынырнули Карлот и косоглазый человек. Карлот казалась слегка напряженной.

– Команда, это наш хозяин, Закри Боулес. Мы поговорим о ценах позднее, когда определимся, что нам все‑таки надо купить. А как у вас дела?

– Карлот, это просто чудо! – не сдержался Разер. – Апельсины, сливы… Мне кажется, мы хотим купить все, что здесь есть. Закри, а здесь все можно есть?

– Почти. На каждом растении через некоторое время вырастает что‑то такое, что можно употреблять в пищу. Вот картофель. Но то, что вы видите, несъедобно. Его корни вот здесь, в грязи. Нельзя есть сердцевину кукурузы…

– Да, Клэйв мне уже сказал.

– Или косточку от сливы.

– Ой.

– А ты что, проглотил ее? Ничего, она потом все равно выйдет. Давайте я покажу вам, что еще у нас здесь есть…

Вперемежку с кукурузой росли бобы. Граждане, казалось, хотели попробовать все.

– Табак мы перестали выращивать уже давным‑давно, – рассказывала Эдженесс. – Только офицеры могут пользоваться ручным огнем, а они табак почти не покупали. Это вот салат‑латук.

Салатом‑латуком оказались обыкновенные листья, даже не такие сладкие, как листва. Выяснилось, что земляника на вкус ничуть не хуже апельсинов. Кабачок выглядел точь‑в‑точь, как реактивный стручок. Закри явно наслаждался показом своих владений.

Они вернулись назад к люку, чтобы изучить список цен. Клэйв запомнил цифры, стоящие напротив культур, которые больше всего заинтересовали его.

– А почему вы так много просите за землянику и бананы?

– Земляника постепенно вымирает. А бананов у меня нет. Они здесь вообще не растут. Им нужен прилив. Флотские время от времени закупают бананы у обитателей деревьев, где‑то на востоке. Клэйв, но вы еще не подтвердили свою кредитоспособность…

– Кредитоспособность?

– Вы не показали, что у вас есть чем платить, – медленно и внятно проговорил Закри Боулес.