|
Вскоре странник поднялся, подошел к старшему брату и сказал: «Твой младший брат удивительный парень. Он победил меня». «Перескажи мне диалог», — попросил старший брат. «Сначала, — сказал странник, — я поднял один палец, символизируя просветленного Будду. Тогда твой брат поднял два пальца, символизируя Будду и его учение. Я поднял три пальца, символизируя Будду, его учение и его последователей, живущих гармонической жизнью. Тогда твой брат потряс сжатым кулаком у меня перед лицом, указывая, что все три произошли из одной реализации. Таким образом он победил, и я не имею права оставаться здесь».
— Слушай, к чему ты мне это рассказываешь? — устало сказала я. — Ты послушай дальше, — мягко улыбнулся он. — Странник ушел, и тут вбежал младший брат. «Где этот парень?»— спросил он. «Я понял от него, что ты победил в споре». «Ничего я не победил. Я хочу поколотить его». «Расскажи мне, о чем вы спорили», — попросил старший брат. «Ну, минуту он смотрел на меня, потом поднял один палец, оскорбляя меня намеком на то, что у меня один глаз. Так как он странник, то я подумал, что мне надо быть повежливее с ним. Поэтому я поднял два пальца, поздравляя его с тем, что у него два глаза. Тогда этот грубиян и негодяй поднял три пальца, намекая на то, что на нас двоих у нас только три глаза. Тогда я взбесился и стал колотить его, а он убежал. На этом все кончилось». Понимаешь, Магдалина? Люди часто домысливают друг за друга. Тау вовсе не мерзавец, просто ты его не захотела понять с его точки зрения. — Расскажи теперь эту историю ему, — сухо посоветовала я и поехала домой.
Глава десятая
Я всегда знала, что сильная. Нет, я не остановлю на скаку лошадь, но всегда с честью выдержу любую ситуацию. Буду в душе плакать и истерить, но окружающие об этом не узнают. Меня все считают оптимисткой. Зря. Дэн давно уснул, а я вслушивалась в его ровное дыхание и старалась думать о том, что на улице похолодало, что скоро, наверно, выпадет снег. Только б не думать о том, что упорно лезло в голову. За любимого я больше не беспокоилась. Заговоренный Лорой крестик висел на его шее, одежда и обувь были утыканы охранками, словно ежик иголками. С ним все будет хорошо. А со мной? Не выдержав, я все-таки встала. Стараясь не шуметь, накинула халат, взяла ноутбук и пошла в ванную. И там, сидя на корзине для белья, я подсоединилась к интернету, открыла яндекс и пальцы на миг зависли над клавиатурой. Как там того врача-то звали? В памяти всплыл Женькин голос: «Однажды молодой врач из Токио по имени Кусуда встретил своего школьного друга, который учился Дзен. Кусуда спросил его, что такое Дзен. „Я не могу сказать тебе, что это, — сказал друг. — Но одно я знаю точно. Если ты понимаешь Дзен, ты не должен бояться…“». Он не договорил тогда этой фразы. Прервался, а потом отделался легкомысленной отговоркой. И я впечатала в поисковик: Кусуда, дзен. Минут десять я просеивала немыслимое количество выпавших линков, но потом нашла эту притчу. Прочитала ее, помотала головой, нахмурилась, и еще раз перечитала. «Этого не может быть…», — ошарашено сказала я себе. «Если ты понимаешь Дзен, ты не должен бояться смерти», — вот что ответили Кусуде. Захлопнув крышку ноутбука, я решительно встала и пошла искать Женьку. Он как обычно сидел на кухне и смотрел японские мультики. Щелкнув пультом, я выключила телевизор, и обвиняюще уставилась на него: — Сидишь? — Сижу, — согласился он, слегка недоуменно глядя на меня. |
