|
Имеет ли смысл жить, если немецкая история лишилась своего главного символа - великого вождя, воплощавшего в себе германскую идею? Что может нация без того, кто единолично, твердой рукой правит ею? Коварный замысел "мудрецов Сиона", поставивших себе цель лишить мой народ монарха и ввергнуть его в пучину безнравственной, чуждой нам демократии, когда каждый мерзавец может открыто говорить все, что ему вздумается, когда чернь вправе возражать хозяину, одержал верх. Но мы еще посмотрим, кто выйдет победителем! Мы еще решим, за кем последнее слово! Мы еще потанцуем на руинах чужеродных и отвратительных п о н я т и й: "демократия" и "социализм"!" Ганс Штубенраух поделился своим планом с учеником параллельного класса - Гюнтером; тот, в свою очередь, дружил с двадцатипятилетним отставным морским лейтенантом Эрвином Керном; несмотря на свою молодость, Керн был ветераном "Стального шлема", крепко п о р е з в и л с я во время спартаковского восстания, запретил своим солдатам расстреливать захваченных социал-демократов - только з а б и в а т ь насмерть, продлевать мучения жертв, делать это при зрителях, пусть другие спартаковцы видят, что их ждет, хороший урок для всех: ощущение ужаса жертвы - залог мужества в предстоящих битвах. Вокруг Керна сформировалось ядро: бывший кадет, двадцатилетний фанатик национальной идеи Эрнст фон Саломон ("Я не читаю ничего, кроме книг, связанных с историей германской нации; нынешняя литература глумится над святынями; когда мы победим, немцы будут получать только то, что возвеличивает их в их же глазах; все остальные тома будут сожжены на площадях, а брехты, цвейги, Фейхтвангеры повешены вниз головой на фонарных столбах: уж если пока живут среди нас, то пусть живут тихо, как мыши; их посягательство на равенство с нами должно караться смертью"); в группу входил двадцатипятилетний инженер Германн Фишер и сын одного из руководителей берлинской магистратуры Эрнст-Вернер Техов. Все они впервые встретились во время капповского путча, руководимого тайным "Организационным комитетом", во главе которого стоял прусский офицер Эрхардт, старший "товарищ" Адольфа Гитлера. После разгрома путча связи остались; националисты разбились на пятерки; план покушения на Ратенау разрабатывали вместе... Был проработан маршрут, по которому следовал автомобиль Ратенау из парковой зоны Грюневальда на Вильгельмштрассе, в министерство иностранных дел; заговорщики встретились в пивном подвале Штеглица; отставной лейтенант Керн сообщил, что у них есть машина, шестиместный з в е р ь; Техов должен опробовать ее. Видимо, кто-то из заговорщиков говорил слишком громко, - пили достаточно много, подстегивая себя пивом, коньяком и рислингом; наутро премьер Вирт пригласил к себе Ратенау: - Дорогой Вальтер, полиция считает, что на вас готовится покушение. |
