Глава 10

День званого приема – первого для Рейвен в ее новой роли, вернее, в двух ролях: оскандалившейся невесты герцога и супруги не вызывающего доверия человека – наступил быстрее, чем она ожидала.

Она уже оделась, отпустила служанку и теперь стояла перед большим настенным зеркалом, глядя на свое отражение.

Что она видела там?

Изящную молодую женщину в наряде золотисто персиковых тонов, с высокой прической, заканчивающейся золотым обручем на иссиня черных волосах.

Что ж, не так уж плохо – оценила она себя. Со вкусом и не вызывающе, а вызов, если потребуется, найдут в ее глазах и словах. Она готова к битве. К началу военных действий, если они будут объявлены. Наверняка они вскоре последуют…

Она воинственно вздернула подбородок и принялась ходить по комнате в ожидании Келла. Она даже слышала через стенку, как в соседней комнате он разговаривает с камердинером.

Стук в дверь оповестил, что Келл тоже готов. Она не сразу узнала его в привлекательном, одетом с иголочки незнакомце, который возник на пороге. Некоторое время она позволила себе молча любоваться им.

– Я не ошибусь, если предположу, что вы одобряете мой вид? – услышала она знакомый ироничный голос.

О да, она вполне одобряла! Он показался ей еще красивее, чем всегда, – в строгой синей куртке, в парчовом жилете серебристого цвета, с ослепительно белым платком на шее; в коротких обтягивающих штанах и длинных чулках. Завершали одеяние лакированные черные туфли с серебряными пряжками.

– Да… – проговорила она немного растерянно. – Вам к лицу ваш наряд… Вполне.

Во взгляде, которым он окинул ее, она не увидела ни одобрения, ни тем более восхищения – просто узнавание. Что ж, и на том спасибо… Впрочем, вполне возможно, она придирается…

Он предложил ей руку.

– Идемте, мадам.

Он сопроводил ее вниз, где они надели теплые плащи, перчатки, а Келл вдобавок водрузил на голову высокую бобровую шапку. На улице был уже зимний вечер, а в ландо, которое ожидало их у подъезда, на особое тепло рассчитывать не приходилось.

В дом к Уиклиффам они прибыли первыми. Когда Рейвен поняла это, у нее что то дрогнуло внутри: она с ужасом подумала, не совершили ли они с Бринн непоправимую ошибку, полагая, что кто то вообще приедет на вечер, устроенный в честь Рейвен и ее бракосочетания?

Огромный дом был пугающе безмолвен. Тишина подчеркивалась ярким освещением и праздничным убранством холла и лестниц, где было множество оранжерейных цветов.

Хозяева вышли им навстречу, и Рейвен была удовлетворена впечатлением, которое – она ясно видела это – произвел Келл на ее красивую подругу. Конечно, та всячески старалась этого не показывать ни Рейвен, ни своему супругу – тоже вполне подходящему мужчине с женской точки зрения.

Бринн протянула Келлу руку со словами приветствия, с Люсианом они обменялись рукопожатиями, после чего лорд Уиклифф произнес благожелательным тоном опытного дипломата:

– Рейвен успела рассказать нам о том, с каким великодушием вы пришли ей на помощь, мистер Лассетер. Примите нашу благодарность, мы никогда не забудем этого.

– Не стоит благодарности, милорд, – любезно ответил Келл, но Люсиан посчитал нужным продолжить эту тему.

– Видите ли, – сказал он, – Рейвен для нас как сестра, и, уверяю вас, наша благодарность вполне искренна и может стать вполне действенной.

Рейвен решила прервать этот разговор, увидев, как напряглось лицо Келла, но в это время дворецкий объявил о появлении леди Далримпл и лорда Латтрелла. Что ж, ее родственники уже здесь…

Старик радостно обнял внучку, после чего уселся на софу со стаканом шерри в руке.