А началось Гришкино везение как раз во вторник, за пять суток до вечеринки.

Воистину неведомо, где найдешь, где потеряешь. Автобус долго не приходил, и Мишка Лапин от нечего делать подошел к киоску с лотерейными билетами. Просунув в окошко тысячу, попросил продавца, отставника по виду:

— Я, батя, невезучий. Будь добр, дай на счастье билетик своей рукой. — Тот недовольно дернул головой с коротко подстриженными седоватыми волосами, но после короткого раздумья вытащил откуда-то из глубины серебристый квадратик и протянул Мишке.

Лапин начал стирать монеткой слой фольгового покрытия. В первой клетке проявилась цифра: 500 000. Лапин скептически усмехнулся, но когда и во второй была обозначена та же сумма, он почувствовал легкое волнение. Но тут же осадил себя: Вот расскажу в цехе ребятам, как чуть не разбогател, — посмеемся вволю. В третьей и четвертой клетках под счищенным слоем показались цифры 10 000 и 20 000, и потому оставшиеся пятую и шестую клетки Мишка чистил уже небрежно, в спешке, боясь опоздать на показавшийся вдали автобус. И вдруг замер, не веря в свое счастье: в пятой клетке в третий раз была проставлена цифра 500 000! Выигрыш! Да ещё какой!

Одурев от неслыханной удачи, Мишка протянул в окошко выигравший билет и похвастался:

— Смотри, земляк, я вроде бы с твоей легкой руки полмиллиона огреб.

Глаза отставника под толстыми стеклами очков жадно блеснули. Костлявыми, с бледными прожилками синеватых сосудов пальцами он схватил билет, быстрым взглядом проверил очищенные от фольги цифры и, словно карточный шулер, едва уловимым движением скинул его вниз, а затем невидящим взглядом тупо уставился на Мишку, как будто его тут и не было.

Лапин опешил.

— Ты что, дед, делаешь? Давай сюда деньги или верни билет!

— Какие ещё деньги тебе дать, скотина ты пьяная? Налил глаза с утра и непонятно что требуешь. Вот твой билет, посмотри-ка получше, где тут выигрыш? — И продавец нагло протянул Мишке другой стертый билет, в сердцах, видимо, оставленный кем-то на полочке у окошечка.

Мишка побагровел от злости: мало того, что его в открытую ограбили, ещё и пьяной скотиной обозвали, а он уж неделю как в вынужденной завязке по причине нехватки денег перед получкой! От обиды он со всей силы хряснул кулаком по фанерной стенке ларька.

И тут пенсионер противным визгливым голосом закричал:

— Милиция, милиция! — А остолбеневшего от такого нахальства Мишку предупредил: — Не уйдешь по-доброму, сядешь, щенок, в тюрьму за хулиганство.

— Ах так! Милиция, значит? Да я сам сейчас заявлю в милицию! — И Мишка, оглянувшись вокруг, бросился в метро. Молоденький постовой любезничал с дородной кокетливой контролершей. Сявной неохотой оторвавшись от беседы с дамой, милиционер последовал за Мишкой. Но в киоске Спортлото уже никого не было. Красовавшаяся за толстым стеклом табличка с надписью Закрыто лишала Мишку всякой надежды на справедливость.

Милиционер сочувственно посмотрел на него.

— Все, брат, уплыли твои деньги, ищи теперь ветра в поле. Поручит он получить выигрыш кому-нибудь из своих знакомых, и ты ничего не докажешь. Номер билета ведь не записал? — Мишка отрицательно покачал головой. — Ну вот, в этом-то все и дело. — Милиционер безнадежно махнул рукой и пошел обратно на свой пост.

Мишка ещё несколько минут в нерешительности потоптался возле киоска и побрел к автобусной остановке.