Диллон развел черную краску для волос в теплой воде и стал втирать ее щеткой в свои светлые волосы. Удивительно, как он изменился, перекрасив волосы. Он высушил их феном и зачесал назад, намазав брильянтином. Потом выбрал пару очков в роговой оправе со слегка затемненными стеклами. Он закрыл глаза и постарался войти в роль, а когда открыл их, из зеркала на него глядело лицо Анри Жако. Это было просто необыкновенно. Диллон закрыл портфель, засунул его обратно в шкаф, натянул рубашку и вошел в гостиную, взяв с собой паспорт и водительские права.

Как раз в это время пришел Макеев.

— Боже! Я вначале подумал, что это кто-то другой.

— Так оно и есть, — сказал Диллон. — Анри Жако, торговец автомобилями из Ренна, еду в Джерси, чтобы провести там зимний отпуск. На катере на подводных крыльях из Сен-Мало. — Он протянул водительские права. — Он также житель Джерси, Питер Хилтон, бухгалтер из Сент-Хельера.

— Тебе нужен паспорт, чтобы добраться до Лондона?

— Нет, поскольку я житель Джерси. Это британская территория. Водительские права подтверждают это. Фото на документе всегда делает людей счастливее. Они думают, что знают, кто вы такой, даже полицейские.

— Что произошло сегодня вечером, Син? Что случилось на самом деле?

— Я решил, что настало время рассчитаться с Броснаном. Видишь ли, Жозеф, он знает меня слишком хорошо. Знает меня так, как не знает никто другой, и это опасно.

— Понимаю. Он умный человек, этот профессор.

— Более того, Жозеф, он понимает, какие я буду делать ходы, понимает ход моих рассуждений. Он такой же, как и я. Мы жили в одном мире, а люди не меняются. Неважно, что он думает сейчас, в глубине души он остался все тем же боевиком ИРА, который вызывал у людей такой страх в старые добрые времена.

— Так ты что, решил убрать его?

— Это был порыв. Я проходил мимо его дома, увидел, как из подъезда вышла женщина. Он окликнул ее. По их словам я решил, что она ушла и не вернется. Так что я использовал шанс и поднялся по строительным лесам.

— Что дальше?

— Я напал на него.

— Но не убил?

Диллон рассмеялся, сходил на кухню и вернулся с бутылкой шампанского и двумя бокалами. Откупорив бутылку, он сказал:

— Мы встретились с ним лицом к лицу после всех этих лет. Нам было о чем поговорить.

— Ты не сказал ему, на кого сейчас работаешь?

— Конечно, нет, — спокойно соврал Диллон и наполнил бокалы. — За кого ты меня принимаешь?

Он протянул бокал Макееву, и тот сказал:

— Я имел в виду, что если бы он знал, что у тебя есть еще одна мишень, что ты намерен «взять» Мейджора… — Макеев пожал плечами. — Это означало бы, что Фергюсон будет в курсе дела, что сделало бы твою миссию в Лондоне невозможной. И тогда Арон может отказаться от всей затеи.

— Он не знает. — Диллон отпил шампанского. — Так что Арон может быть спокоен. Кроме того, я хочу получить этот второй миллион. Кстати, я проверил в Цюрихе. Деньги перевели на мой счет.

Почувствовав некоторое смущение, Макеев быстро сказал:

— Естественно. Итак, когда ты едешь?

— Завтра или послезавтра. Я подумаю. А пока ты можешь кое-что организовать для меня. Эта Таня Новикова в Лондоне… мне будет нужна ее помощь.

— Никаких проблем.

— Во-первых, у моего отца был племянник в Белфасте, теперь он живет в Лондоне.