Я посмотрел на Березовского. Тот глядел на меня с какой-то скрытой иронией, будто хотел подбодрить: «Ну чего? Вперёд!», однако при этом молчал.

— Мы вроде не работали на Рокфеллеров, — осторожно заметил я.

— Вы сделали блестящую кампанию для «Халлибёртн», — улыбнулась Ким. — Это одно из вложений их семьи, вы не знали?

— Нет, — я пожал плечами.

— И это правильно. Деньги любят тишину, это абсолютный факт, — кивнула Ким. После этого она резко сменила тон: исчезла аристократическая чопорность, будто между нами вдруг сократилась дистанция, и это физически ощущалось. Такого уровня игры не все актёры достигают. Я невольно залюбовался. — В общем, ребята, мы бы не хотели, чтобы такие мозги уходили куда-то на сторону, вне наших интересов. Поэтому я буду потихоньку подкидывать вам заказики. В основном обычная маркетинговая мишура, — она махнула рукой, — но, возможно, и подключение к более серьёзным вопросам. Да, я бы хотела протестировать уровень вашей аналитики. Боря тут рассказывал о том, как продвигается операция «Преемник», мы рассуждали про кандидатов. Есть один человек, когда-то работавший в Питерской мэрии и очень хорошо себя показавший. Сделаете мне небольшую справку о нём на тему того, что можно ждать, если вдруг именно ему будет предложено продвигаться на высший пост? — Она улыбнулась, поглядела на Березовского и добавила: — хотя, если честно, я не очень верю, что может получиться именно с этой кандидатурой. Он же совершенно безликий, как и полагается порядочному сотруднику спецслужб. А политика, особенно публичная, это всё же нечто совершенно иное.

— Если будет нужно — я из любой обезьяны сделаю президента! — ответил бизнесмен.

— Ещё немного, и я в это действительно поверю, — Ким подмигнула ему.

Глава 13

Аналитику по «питерским» я оставил Лике. Слишком высок был риск, что моё послезнание так или иначе отразится в документе. Договорились о том, что я гляну работу уже в финале, когда основные тезисы будут готовы.

Ситуация становилась очень опасной: слишком эффективный инструмент влияния те силы, которые проявились, теперь не оставят. Значит, придётся менять все планы. Нужно готовится действовать на виду, под самым носом.

Остро не хватало информации об этих самых силах. Понятное дело, что все городские легенды и слухи о богатых фамилиях — это ровно то, что они сами о себе распространяли. Руководствуясь им одним ведомыми интересами. А о том, как дела обстояли на самом деле, оставалось только догадываться.

В какой-то момент я понял, что, кроме специалистов по социально-психологическим манипуляциям мне остро нужны были аналитики, способные доставать и структурировать крупицы информации из открытых источников. Я не сомневался, что такую информацию добыть вполне реально: ведь если ты управляешь активами на триллионы долларов, так или иначе твоя воля проявляется в реальном мире, несмотря ни на какие маскировочные ухищрения.

Однако же, такого специалиста взять было просто не куда. Лику в ближний круг не посвятишь, у Шурика будут свои прикладные задачи, а других достаточно головастых людей, способных на верность, мне пока что не попалось.

Бегая по встречам, я вдруг осознал, что незаметно для себя самого стал очень занятым человеком. Пожалуй, даже более занятым чем тогда, когда работал на высоких должностях в бизнесе. Не могу сказать, что меня это обрадовало: за суетой остаётся мало времени на размышления. А думать сейчас надо было очень много.

В понедельник мы с Шуриком полетели во Владивосток. Кажется, он немного обиделся на меня за то, что я не потащил его на концерт в вип-ложу.