|
— Мэв указала на берег, о который разбивались волны высотой в десять — двадцать футов. — Не думаю, что мне удастся поговорить с шу. — Кто такие шу? — Объясни ей, — велела Мэв Муснакафу. — А вы поставь те паланкин. — Носильщики поспешили выполнить приказ. — Вам помочь? — засуетился Муснакаф. — Не надо. Лучше просвети ее, хотя, видит бог, мы опоздали. — Объясните мне, кто такие эти шу. — Не «кто», а «что». — Взгляд Муснакафа был устремлен на госпожу. — Что она делает? — Мы, кажется, разговариваем, — напомнила Феба. Этот тип, звякавший своими колечками, словно испытывал ее терпение. — Она что-нибудь сломает себе! — Я что-нибудь сломаю вам, если вы не объясните мне, в чем дело. Так шу — это… — Проводники душ. Частица Создателя. А может быть, и нет. Вам достаточно? — Он устремился на помощь госпоже, но Феба схватила его за руку. — Нет. Мне недостаточно. — Отпустите меня! — Не отпущу. — Я требую! — воскликнул он и погрозил пальцем, усеянным кольцами. — У меня есть дела поважнее, чем… Что это? — Земля дрожит? Уже давно. Что-то вроде землетрясения. — Хорошо бы так. — Муснакаф уставился в землю, опять содрогнувшуюся, теперь уже сильнее. — Что это было? — Феба даже забыла о своем раздражении. Ответа не было. Муснакаф повернулся и побежал к тому месту среди камней, где стояла Мэв, поддерживаемая двумя носильщиками. — Надо спешить, — обратился он к ней. — Ты знаешь, что произошло на этом месте? — спросила Мэв. — Госпожа… — Знаешь? — Нет. — Вот здесь я стояла, когда он впервые нашел меня. — Она чуть улыбалась. — Я сразу сказала ему: никто не сможет заменить мне Кокера, потому что Кокер — любовь всей моей жизни… Земля вздрогнула еще сильнее. — Помолчите, — велел Муснакаф. — Что? Ты затыкаешь мне рот? Да я тебе за это!.. Она замахнулась на него палкой и потеряла равновесие. Носильщики бросились к ней, но Мэв задела одного из них палкой, и он отшатнулся с разбитым носом. Ее телохранитель бросился поддержать ее, но она опять замахнулась на Муснакафа, и новый выпад достиг цели. Мэв действовала с такой яростью, что ее палка сломалась, а сама госпожа упала на землю, увлекая за собой второго носильщика. Как только она коснулась земли, путаясь в своих юбках и накидках, земля опять задрожала. На сей раз дрожь не утихла, а продолжала нарастать, опрокинула паланкин, стоящий рядом, и повергла на землю носильщиков. — Черт побери! — закричал Муснакаф, помогая Мэв подняться. — Смотрите, что вы натворили! — В чем дело? — спросила Феба. |
