– Он привязал меня! – Слезы ручьями текли у Пайпер по щекам. – Привязал к постели и стал сни­мать с меня одежду. Я умоляла его не делать этого, ведь он был моим другом!.. Потом он разделся. Ужасно! Там была видеокамера, и он позировал перед ней. Улыбался и говорил, что я была плохой девочкой. Его глаза… Что-то страшное было в его глазах. Я кричала, но никто не мог услышать меня. Где Руди?

– Я здесь. – Он с трудом смог произнести эти слова и поцеловал ее в лоб. – Я здесь.

– Он делал со мной ужасные вещи. Он изнасиловал меня, мне было так больно… Он сказал, что я прости­тутка. Большинство женщин – проститутки, они лишь притворяются, что они актрисы. И мужчины правы, когда используют их, а затем бросают. Я действительно чувствовала себя проституткой, и он мог делать со мной все, что захочет. И он делал, он продолжал делать мне больно! Руди, я все время звала тебя, чтобы ты остано­вил его.

– Руди пришел, – сказала Ева. – Руди пришел и остановил его.

– Руди пришел?

– Да, он услышал вас и пришел вам на помощь.

– Он остановил. Да, он остановил. – Пайпер вновь закрыла глаза. – Потом послышались крики, шум. Кто-то очень громко кричал, очень громко. Кричал о своей матери. Больше я ничего не помню.

– Хорошо. Вы все отлично рассказали.

– Вы не позволите ему вернуться? – Ее пальцы крепко сжали руку Евы. – Вы не позволите ему найти меня?

– Нет, я не позволю ему вернуться.

– Он чем-то накрыл меня, – вспомнила Пайпер. – Он чем-то поливал меня. – Она брезгливо поморщи­лась. – Что-то вливал в меня. Его тело было чем-то на­мазано. У него была татуировка на бедре.

Ева удивилась: она точно помнила, что на видео­пленках у него не было татуировки.

– Вы помните, как она выглядела?

– Это была надпись «Моя единственная любовь». Он специально показывал мне ее, говорил, что это новая татуировка, настоящая, а не временная. Потому что он очень устал от временных отношений с теми, кого любит. А я плакала, говорила, что никогда не оби­жу его. Потом он тоже заплакал: сказал, что знает это и очень сожалеет…

– Вы можете вспомнить что-нибудь еще?

– Он сказал, что я буду любить его вечно, потому что он будет у меня последним. И он будет всегда по­мнить обо мне, потому что я была его другом. – В ее глазах опять мелькнула тревога. – Он собирался убить меня! Он больше не был Саймоном, лейтенант. Чело­век, который делал это со мной, мне незнаком…

– Вам больше нечего бояться. Я вам обещаю.

Ева поднялась и внимательно посмотрела на Руди.

– Давайте выйдем на минуту, пусть доктор осмот­рит вашу сестру.

– Я сейчас вернусь. – Он прижался губами к ладо­ни Пайпер. – Я буду за дверью.

Они вышли в коридор, и Ева закрыла дверь.

– Я не хочу оставлять ее, – пробормотал Руди.

– Ей необходимо поговорить с кем-нибудь.

– Она уже достаточно наговорилась. Она рассказа­ла вам все. Господи!

– Ей нужен хороший психолог, Руди. Ей необходи­мо лечение. Если вы сейчас увезете ее отсюда, это вряд ли поможет ей быстро справиться со своими проблема­ми. Пару дней назад я дала ей свою визитную карточку с координатами и именем одного доктора. Свяжитесь с доктором Мирой, Руди. Она поможет вашей сестре.

Руди открыл было рот, потом закрыл. Казалось, он пытается сделать какое-то усилие над собой.

– Вы были очень добры к ней там, в палате.