|
-- Ты помирать где собираешься? Вопрос не с потолка. Ушаков пожал плечами: -- Если не в морс, так, наверное, в деревне. -- А что у тебя там, в деревне-то? -- Да ничего. Ни кола ни двора. -- А я, -- вдруг сказал Потемкин, -- помирать стану в Николаеве. Сам я этот город выдумал, сам и взлелеял. Пусть там и лежат мои кости, а в Петербурге гнить не желаю... Прелюдия завершилась. Светлейший спустил ноги с тахты, от медвежьего окорока отрезал адмиралу жирный ломоть: -- Ешь! Ты же с дороги... Ушаков не был знатен, а Потемкин, давая жестокие уроки титулованным гордецам, с простыми людьми вел себя просто. -- Ты мне нужен, -- сказал он. -- Хочу обсудить будущую кампанию на море: что нам делать вернее? А всех этих Войновичсй и Мордвиновых мы за пояс заткнем... Ушаков хотя и натерпелся обид от Мордвинова, -- но -- честный человек! -- за Мордвинова же и вступился: -- Для хозяйства флотского Николай Семсныч пригоден: он леса дубовые вокруг Николаева садит, с Дона уголь каменный возит, учит бабок наших без дров обходиться... Потемкин выслушал. Снял с головы парик и отбросил его. По плечам сразу рассыпались нежные льняные кудри. -- Ваше превосходительство, -- титуловал он Ушакова, -- с сего дня будете командовать флотом из Севастополя, а Осип де Рибас останется при гребной флотилии... Прошу должное отдавать всем храбрым и достойным... Что еще надобно? Ушаков жаловался, что людей в экипажах мало. -- Обычный вопль, -- отвечал Потемкин. -- Баб в деревнях полно, парней тоже, а вот нарожать матросов не поспевают. Бери ил корабли солдат. -- Они к морю несвычные. Хочу греков из Балаклавы просить, чтобы навигаторов дали. Еще мне надобно несколько лесов сосновых срубить -- для ремонта кораблей... В беседе Ушаков пользовался морской терминологией, которую Потемкин освоил в совершенстве, и потому, сказав "фон-брамстсньга", Ушаков не объяснил, что это такое. Он завел речь о скудости казны флотской. -- Что деньги? Вздор, а люди -- все! -- И я такого же мнения, -- отвечал Ушаков, -- паче того, сколь человечество существует, а умнее денег для расплаты за труды еще не придумало. Но возымел я желание денежными призами поощрять канониров пушечных за каждое меткое попадание. Пусть азарт явится и соревнование похвальное. А матросу, сами ведаете, каждая копеечка в кошельке дорога. Ежели, ваша светлость, деньги вздор, а люди -- все, так вот и давайте мне денег! -- Еще чего? -- хмуро спросил Потемкин. -- Якоря нужны тяжелее. Канаты крепче. Незаметно вошел Попов, и Потемкин велел ему: -- Федору Федоровичу давать все, что просит... Ушаков был предупрежден: турки снова рассчитывают взять Крым десантами, уничтожить Севастополь и весь флот Черноморский. Светлейший с адмиралом пришли к убеждению, что прежде надо бы штурмовать Анапу, как ближайшую базу турок на Кавказе, и разгромить Синоп, откуда турецкие "султаны" плывут к Севастополю. |
