Звук выстрела разорвал ночь. Все, в том числе и Рейз, повернули головы. Тьма была непроницаема, но не настолько, чтобы скрыть нескольких всадников – как раз там, где начиналась линия дубов. Прогремел еще один выстрел, и кто то вскрикнул от боли. Ночные мстители кинулись врассыпную, Форд напрасно выкрикивал какие то распоряжения. Рейз почувствовал, что остался один. Он упал на землю и откатился в сторону. Вокруг него гремели выстрелы. Он изгибался, пытаясь найти глазами Грейс, опасаясь, как бы шальная пуля не задела ее. Ему удалось подняться на колени. Ночные мстители в панике спасались бегством.

– Лежите спокойно, мистер Рейз, – произнес за его спиной тоненький детский голосок.

– Джеф! – выдохнул Рейз. – Ты можешь перерезать веревки?

Мальчонка, черный как ночь, схватил нож и полоснул по шнуру, стягивавшему его руки. Едва освободившись, Рейз, покачиваясь, бросился к Грейс. Краем глаза он видел, как Форд, вскочив на лошадь, пронесся мимо него. Он знал, что шериф не уйдет от него, час его скоро настанет. Подбежал к Грейс, и тут вдруг странная тишина опустилась на поляну.

– Грейс! Грейс!

– Со мной все в порядке, – шепнула она прерывисто, хрипло.

Дрожащими руками он обхватил ее белые, не тронутые хлыстом плечи, но ему стало дурно при виде крови на ее спине. Джеффри ножом перерезал веревки, державшие Грейс на кресте, и Рейз подхватил ее на руки. Он не знал, откуда у него взялись силы, чтобы устоять и не упасть вместе с ней. Потом он заметил, как Джордж набросил на нее свою куртку, и услышал, как Аллен Кеннеди сказал:

– Надо поскорее отвезти их обоих к доктору.

Глава 24

– Я должна увидеть его! – воскликнула Грейс, пытаясь сесть.

– С ним врач. А ты отдыхай, – мягко проговорила Харриет, удерживая ее за руку.

Грейс чувствовала, что вот вот заплачет. Она ни о чем больше не могла думать, как только об угрозе Форда убить Рейза.

– О, Харриет, пожалуйста!

– Все равно он без сознания и даже не узнает, что ты рядом, – твердо сказала Харриет. – И перестань вертеться, а то эти ужасные шрамы никогда не заживут.

Грейс снова легла на живот, обхватив руками подушку. Она была так измучена и все еще ужасно напугана. Столько крови, и все это была кровь Рейза. Грейс почувствовала на голове руку Харриет: та ласково поглаживала ее по волосам. Глаза ее сами собой закрылись.

– Обещайте мне, – прошептала она, – что, если я буду нужна ему, вы меня позовете.

– Обещаю.

Грейс окунулась в целительный сон.

Голова его пульсировала болью. Первой мыслью, когда вернулось сознание, было: «Боже, что же произошло? Неужели я напился так, что свалился под стол?» Затем Рейз вдруг все вспомнил, открыл глаза и попытался сесть. Боль пронзила грудь и голову.

– Доброе утро, – ласково улыбнулась Харриет, внося поднос.

– Грейс…

– С ней все хорошо, спит себе спокойно. Бедняжка так измучилась! Ложился бы ты лучше, – посоветовала она.

Попытка сесть отняла слишком много сил, и Рейз послушался. Он понял, что находится в пансионате Харриет, а не в гостинице «Силвер леди».

– А Грейс тоже здесь?

– Да, сюда было ближе везти. – Харриет потрогала его лоб. – Лихорадки нет. Доктор сказал, ты вынослив как бык. Сказал, тебе надо полежать недельку, а то у тебя на голове шишка больно большая – с куриное яйцо.

Рейз удрученно скривился:

– А с Грейс все в порядке?

– Парочка рубцов останется, когда все подживет. Лицо его исказилось от гнева.

– Да ничего страшного, она хорошо себя чувствует, – успокоила его Харриет.