Собственно, виделись они редко, иногда созванивались, когда необходимо было принять решение по какой-то проблеме на самом высоком уровне, но большей частью контакты Кудрявцева с "ВВВ" осуществлялись через Артура Ваганяна, который, в отличие от могущественного шефа, занимавшегося общим руководством, напрямую имел дело с артистами.

Сотрудничество с Артуром, быстро переросшее в некое подобие дружбы, приносило плоды обеим сторонам.

Кудрявцеву нужны были хорошие программы для ночных шоу, то есть ему требовались классные артисты, а большинство звезд имело контракты именно с "ВВВ". Ваганян же хотел иметь постоянную "бронь" в ресторанах Кудрявцева и, кроме того, безопасный и солидный канал, из которого можно было черпать наркотики по приемлемым ценам.

Множество артистов, которых опекал Артур, либо периодически уходили в наркотрипы, либо постоянно сидели на дозе, и бороться с этим злом было совершенно бесполезно. Может быть, правоохранительные органы или специальные медицинские учреждения и могли добиться каких-то успехов в этой борьбе, но "отдавать" им звезд – значило поставить крест на карьере артиста, а следовательно, на прибыли фирмы.

Между прочим, основные деньги Артуру приносило сейчас именно это опекаемое множество, а вовсе не большие звезды, проверенные временем, любимые народом уже лет по пятнадцать-двадцать и до сих пор имеющие многодневные аншлаги.

Гастроли "монстров" были чрезвычайно дорогими, расходы на рекламу, оборудование, на обеспечение звезде приемлемых – по ее, звезды, мнению – условий отнимали у Артура массу подотчетных денег, не говоря уже о гонорарной части: здесь Ваганяну хотелось просто закрыть глаза и уши, ничего не видеть, не слышать и бежать без оглядки куда-нибудь подальше, прочь из кабинета, в котором происходил разговор с представителем звезды, отвечающим за ее финансы перед новым туром.

После того как подбивались итоги и расходы сопоставлялись с доходами, в результате порой получался круглый ноль. Иногда, конечно, случалась прибыль, но чаще, гораздо чаще – чистый минус, и не просто минус, а довольно ощутимый. Хотя, наверное, для такого гиганта, как "ВВВ", эти потери были сопоставимы с комариными укусами, не более того.

Как раз сегодня у Романа должна была состояться встреча с Артуром. Они договорились побеседовать в "Гамме", но Ваганян позвонил и попросил перенести свидание на вечер, а Кудрявцев, еще не вышедший из запоя, обрадовался – он чувствовал себя явно не в форме, чтобы вести очередные деловые переговоры. Впрочем, если честно, он и не хотел их вести.

Роман вообще не желал говорить о делах. Ни с кем. Работа в его ресторанах шла уже независимо от того, присутствовал он в своем рабочем кабинете или нет, – целые толпы администраторов и менеджеров выполняли свои функции точно и без сбоев. Система работала, как большой и сложный прецизионный механизм. Единственное, что нужно было делать Роману, – это вовремя смазывать трущиеся детали и узлы механизма, а подобное "обслуживание" не требовало ни сил, ни больших затрат времени. Несколько телефонных звонков, две-три коротких встречи, передача денег, предназначенных для смазки, – и все.

Однако Артур очень настаивал на встрече. Он заявил, что у него серьезные проблемы, решение которых без непосредственного вмешательства Кудрявцева просто невозможно.

– Достали, – говорил Роман Толику Бояну, сидя на заднем сиденье такси. – Ты не представляешь, Толя, как они меня замучили. Вот я и решил… Сваливаю на хрен отсюда. Гори все синим огнем. В деньгах потеряю, конечно, но и хер с ними. Не в деньгах счастье, это я тебе точно могу сказать.

Таксист покосился на пассажира в зеркальце.

– Смотри, смотри, – крикнул Кудрявцев, заметив этот взгляд. – Вот он я! И еще раз говорю – все вы охуели! Деньги вам мозги свернули!

– Роман, успокойся, – бормотал Толик, поглядывая то на водителя, то на Кудрявцева.