Она встала, взяла чашку и вышла из кухни.

— Я закончил, — сказал Чалле, когда она проходила мимо его кабинета. — Заходи, Чарли.

Чарли уселась на стул напротив Чалле. Много раз она сидела здесь за конструктивными разговорами с начальником, здесь ее хвалили, повышали в должности и сообщали о повышении зарплаты, однако больше всего ей помнились неприятные разговоры. По поводу ее привычки употреблять алкоголь после корпоратива, о ее непрофессиональном поведении при расследовании дела Аннабель и последний разговор по поводу отпуска. Внезапно она почувствовала, что больше не может. Нет сил обороняться, умолять о том, чтобы ей дали поработать, заверять начальника, что все хорошо. Потому что все не хорошо. И прежде чем Чалле успел открыть рот, она заявила, что подумала. Чалле развел руками и попросил ее рассказать. О чем она подумала?

— Об отпуске, — сказала Чарли. — Думаю, мне нужен отпуск.

— Мне показалось, что ты хотела довести дело до конца, — проговорил Чалле.

— Знаю, — кивнула она. — Но мне позвонила подруга детства и сказала, что я нужна ей. Я хочу поехать к ней.

— Где она живет? — спросил Чалле.

— Это имеет какое-то значение?

— Нет, я просто спрашиваю.

— В Вестергётланде.

— В Гюльспонге?

Чарли кивнула.

— Это проблема?

— Даже не знаю, — вздохнул Чалле — В смысле — ты была, мягко говоря, не в самой лучшей форме, когда вернулась из тех мест в прошлый раз.

— Кто сказал, что это связано с самим местом?

— Никто. Андерс просто упомянул, что ты там выросла. И я подумал…

— Что ты подумал?

— Что, может быть, не столь разумно снова ехать туда.

— Тут речь идет не о том, разумно это или нет, — возразила Чарли. — Речь идет о моей подруге, которая нуждается во мне.

Чалле поднялся и отошел к окну. Некоторое время он стоял молча, потом обернулся.

— Понимаю. А как же твои встречи с психологом? Важно завершить процесс, если уж ты его начала.

— Конечно, — сказала Чарли. — Я не откажусь от встреч с психологом. Просто сделаю небольшой перерыв.

— И когда ты собиралась уехать?

— Сегодня.

— Сегодня? — Чалле потянул себя за волосы. — Хорошо. Да, договорились.

— Отлично.

— Послушай, Чарли, — произнес Чалле, обращаясь к ее спине. — Береги себя.

8

Через десять минут после выезда Чарли позвонила Сюзанне, чтобы предупредить о прибытии. Трубку снял Мелькер, старший сын Сюзанны.

Чарли представилась и выразила желание поговорить с его мамой.

— Она спит, — ответил Мелькер. — Она сказала, что ее можно разбудить, только если встанет вопрос жизни и смерти. Что-нибудь передать, когда она проснется?

— Передай ей, что я уже в пути, — сказал Чарли. — Буду у вас через три часа.

— Она сказала, что ты приедешь, но не сегодня.

— У меня изменились планы. Я приеду прямо сегодня.

— Я ей передам, когда она проснется.

Положив трубку, Чарли попыталась вспомнить, сколько лет детям Сюзанны. Близнецам шесть, Нильс на пару лет постарше, а вот сколько Мелькеру? Одиннадцать? Кто заботится о них, пока мама спит? Она пришла к выводу, что они наверняка прекрасно справляются и сами. Сама она была на несколько лет моложе Мелькера, когда справлялась с приготовлением еды, уроками и отходом ко сну без всякого участия Бетти.