Она вспомнила, как Годолфин говорил о том, что молодые женщины находятся в сильном беспокойстве. Если судить по этой девушке, то Годолфин был прав. Краска смущения, залившая лицо девушки, и галантный поклон Уильяма, замеченный Доной, — тому свидетельство.

Но сейчас коттедж казался нежилым. Спешившись, Дона подошла к двери и постучала, уже сомневаясь — не ошиблась ли. Вдруг со стороны небольшого садика, находившегося позади дома, послышалось легкое шуршание, мелькнула и сразу же исчезла клетчатая юбка. Дона услышала, как захлопнулась дверь и кто-то задвинул засов. Она снова постучала. Не получив ответа, Дона позвала:

— Эй, кто-нибудь, отзовитесь, не бойтесь, это леди Сент-Коламб из Наврона.

Через минуту снова заскрипел засов, дверь отворилась, и на пороге показался Уильям, из-за плеча которого выглядывало зардевшееся личико молодой женщины.

— Миледи! — только и проговорил Уильям, глядя на нее в упор. На мгновение Дона испугалась: ей показалось, что он сейчас потеряет всякую выдержку и закричит. Но Уильям овладел собой, распрямился и широко распахнул дверь.

— Беги наверх, Грейс, — велел он девушке. — Ее светлость желает поговорить со мной наедине.

Девушка повиновалась. Дона прошла за Уильямом в небольшую кухню, села у низкого очага и подняла на него глаза. Правая его рука все еще была на перевязи, голова забинтована, и все же перед ней стоял прежний Уильям, словно ожидающий ее распоряжений.

— Пруэ рассказала мне о вас, — сказала Дона.

Увидев его натянуто-принужденную позу, она улыбнулась. Уильям опустил глаза и заговорил виноватым голосом:

— Миледи! Что я могу сказать? Я должен был умереть за вас в ту ночь. Но оказался настолько вероломным, что вместо этого провалялся на полу в детской, как беспомощный ребенок.

— Не в ваших силах было помочь мне, — возразила Дона. — Вы слишком ослабли от потери крови, а ваш пленник оказался более проворным и коварным. Но я приехала не для того, чтобы ворошить прошлое, Уильям. — Он умоляюще поглядел на свою хозяйку, но Дона только покачала головой. — Не задавайте ненужных вопросов. Я знаю, о чем вы хотите спросить. Ничего со мной не случилось: как видите, я цела и совершенно невредима. То, что произошло той ночью, не касается вас. Забудем об этом. Согласны?

— Да, миледи, если вы настаиваете.

— Сэр Гарри, Пруэ и дети покинули Наврон сегодня, после полудня. Единственное, что теперь важно, — это помочь вашему господину. Вам известно, что произошло?

— Да, миледи. Корабль ускользнул, унося на борту всю команду, кроме моего хозяина. Он захвачен в плен лордом Годолфином.

— Время торопит, Уильям. Его светлость со своими приятелями готов взять правосудие в свои руки и расправиться с ним еще до того, как прибудет эскорт из Бристоля. В нашем распоряжении всего несколько часов. Придется действовать сегодня ночью. — Дона заставила Уильяма сесть рядом с собой на скамеечку у камина и показала ему прихваченные с собой пистолет и нож. — Пистолет заряжен, — пояснила она. — Отсюда я поеду к его светлости и как-нибудь добьюсь от него позволения навестить пленника. Это не составит труда, поскольку его светлость не блещет умом.

— А потом, миледи? — осторожно осведомился Уильям.

— Я полагаю, что ваш хозяин уже придумал какой-нибудь план. Он понимает, насколько дорога каждая минута. Возможно, он захочет, чтобы в назначенный час у нас были наготове лошади.

— Нет ничего невозможного, миледи. Существует много способов раздобыть лошадей.

— Охотно верю, Уильям.

— Молодая женщина, оказавшая мне гостеприимство…

— Очаровательная молодая женщина, Уильям.