Через три километра он остановился.

Внизу, под пологим склоном, извивалась двухполоска, ведущая от трассы вдоль берега к мысу Адриан, а потом, через тоннель, все дальше и дальше на юг, мимо сотен рыбацких поселков и маленьких промкластеров. До гольф-клуба «Платан» оставалось меньше десяти километров.

Йорг посмотрел на часы, сплюнул и аккуратно положил свой электробайк набок, так, чтобы его не было видно с дороги. Из большой поясной сумки он достал пакетик с тонкими хирургическими перчатками, а потом — скрутку, в которой оказались бахилы бакзащиты затягивающиеся резинкой выше колена.

На склоне росло низкое деревце с необычайно густой зеленой кроной, гибкие ветви спускались до самой земли. Спустившись к нему, Детеринг устроился в небольшой ямке, вздохнул и принялся смотреть на север. Дорога тут шла почти прямо, так что ему было видно далеко — а машины появлялись очень редко.

Ждать пришлось совсем недолго. Через двадцать минут на горизонте появился открытый «Хамбер» редкой окраски — бирюзовый с желтым, и Йорг, ни секунды не раздумывая, выхватил из кармана самодельный прибор, замотанный в кулинарную пленку. Когда до машины оставалась пара сотен метров, он нажал на кнопочку.

Двигатель кабриолета заглох. Водитель, плотный, коротко стриженный мужчина лет сорока, с мясистым носом и тяжелой, выдающейся вперед челюстью, проехал еще метров сто пятьдесят, потом все же нажал на тормоз. «Хамбер» послушно замер у обочины.

В реальности господин Норман Даллас оказался еще шире и кряжистее, чем на снимках. Белая сорочка с коротким рукавом чуть не лопалась на жирных покатых плечах. Выбравшись из-за руля, финансист поднял капот и принялся методично дергать входные группы волноводов: он увлекался автоспортом и хорошо знал устройство силовой установки его машины.

Йорг пригнулся, выпрямил руку с «дудочкой» из ящика князя Гарая, тщательно прицелился в загорелый, необыкновенно мясистый затылок Далласа. Через секунду биржевой волк вздохнул и медленно опустился физиономией на левое крыло машины.

Детеринг покатился вниз. Прежде чем открыть правую дверь кабриолета, он подбежал к передку машины, провел пальцами по шее Далласа, ухмыльнулся, а потом, выхватив из кармана «флакончик», сорвал крышку и несколько раз «перекрестил» спящего делягу.

Он не знал, сколько у него времени, на такого здоровяка удар нейроизлучателя может действовать совсем недолго...

Кожаный портфель с монограммой и золотыми замками лежал на правом сиденье. Открыв его, Йорг сразу же нашел то, что искал: инфор, солидный, премиум-класса, как, впрочем, и подобало финансисту. Такая машинка умела работать со сложными, требующими заметного ресурса оболочками, которые позволяли держать под контролем ежесекундно меняющуюся обстановку на фондовых рынках. В этой бухгалтерии Йорг немного разбирался, так что понимал, зачем Далласу такой комп: не только для престижу.

Никаких блокировок господин Норман не ставил. Опасаться ему было, очевидно, некого, а вот тратить время на пароли и коды не хотелось. Йорг быстро вошел в одну из множества открытых почтовых ячеек финансиста, набрал хорошо известный ему адрес и принялся набирать колонки цифр.

Эти цифры вместе с буквенными кодами счетов и транзакций он выучил наизусть — в Академии развитие памяти шло отдельным подкурсом, любой кадет умел запоминать приличные массивы информации, а уж «голая цифирь», так это ерунда...

Письмо улетело. Йорг аккуратно вернул инфор на место, закрыл портфель и положил его точно так, как тот и лежал. Чтобы взобраться на холм, потребовалось меньше минуты. Там, наверху, Детеринг нырнул в давно присмотренную ямку и принялся наблюдать за тем, что происходило на дороге.

Даллас действительно пришел в себя раньше, чем можно было предположить, учитывая мощность удара лидданского «хлыста».