Химеры заперты, и мы с таврами и группой «Тибет» завершаем зачистку Восточной Обители.

Последние монахи сопротивляются отчаянно, с безумным фанатизмом, выкрикивая:

– Умрём за идею!

Они бросаются в бой, жертвуя собой ради странной веры. Но я не даю большинству исполнить их мечту. Убивать их на месте – не в моих интересах. Вместо этого я предпочитаю обезоруживать их, зачастую рубя руки или ноги. Такой подход оправдан стратегически: всех пленных я добавляю в Легион. Геномантов в моём распоряжении скоро будет больше, чем кого-то другого.

Вот смотрю я на обезумевших монахов, которые всерьёз верят, что имеют право захватить мой мир с помощью армии Демонов, и не испытываю ни малейшей жалости. Эти фанатики заслуживают вечности в моём разуме. Их добавление в Легион – практичное решение, а чувство жалости уходит на тысячный план.

Однако возникает новая проблема. Кто возглавит эту новую когорту геномантов? Нынешний трибун Аврал, бывший понтифик. явно не потянет. Гомункулы – существа хитрые, умелые, но при этом коварные, с которыми нельзя расслабляться.

Кого же назначить трибуном? Вопрос остаётся открытым.

Спустя некоторое время гвардейцы докладывают: вдали за Обителью заметили фигуру на белом медведе. Это явно кто-то из геномантов. Скорее всего, сам настоятель Восточной Обители. Возвращался издалека, возможно, с командного поста, а теперь, увидев, что обитель захвачена, пытается сбежать.

Я недолго размышляю. Настоятель не должен уйти. Призываю через портал, ведущий в Невинск, Золотого. Из межмирового разрыва появляется даркон и сразу осматривается, пытаясь найти, где бы ему развернуться. В узкие коридоры он явно не пролезет.

– Чего уставился? – бросаю, запрыгивая ему на спину. – Сожги стену и полетели!

Дракон издаёт низкий рык, не торопясь, выбирает стену потоньше и выпускает мощный поток огня. Ледяная преграда мгновенно плавится, оставляя широкий пролом, через который дракон устремляется наружу. Едва оказавшись на свободе, он сразу направляется в погоню за белым медведем с настоятелем на спине.

Я вцепляюсь в золотую чешую, наслаждаясь порывами морозного воздуха, пока под нами мелькают заснеженные просторы. Но вдруг слышу грохот, сопровождающийся странным треском, откуда-то позади.

– Что там у вас происходит? – спрашиваю мысле-речью у Светки.

Голос жены напряжён:

– Из подвала вылезла какая-то тварь. Огромная. Мы попытаемся справиться.

Хмурюсь. Это явно ловушка настоятеля. Видимо, в попытке сбежать он активировал одну из тайных защит Обители, выпустив из подземелья химеру.

– Задержите её, но не рискуйте заря головами, – приказываю. – Я догоню настоятеля и потом присоединюсь.

Дракон, почувствовав мой настрой, рвёт воздух быстрее, сокращая расстояние до цели. Медведь с настоятелем уже совсем близко. Вот кто лакомый кусочек в Легион! Жуть берет от того, сколько секретов этот ездок знает!

* * *

Пурпурный дворец, Хань

Ци-ван сидит в своём величественном тронном зале, глубоко погружённый в размышления. Его внимание привлекает один из доверенных командиров, который входит, низко кланяясь, и вручает ему папку.

– Сын Неба, – начинает командир Доказ с почтительным тоном. – В Антарктиде зафиксированы странные события.

Ци-ван берёт папку и открывает её.

– Опять он?! Да вы издеваетесь! Как его в Антарктиду занесло-то!

На фотографиях отчётливо виден Вещий-Филинов, летящий на спине Золотого Дракона.