Я активирую псионические клинки, которые ярким светом рассекают пространство, и добавляю к ним демонские когти. Удар – и демонюга заходится в реве, который вскоре стихает. Ещё капля некротики, и тело Алукарда исчезает, рассыпаясь астральной пылью.

Но это только начало.

Как только Демон погибает, прорыв, потеряв ингибитора, выходит из-под контроля. Крепость наполняется ревущим психоштормом. Вокруг начинают рушиться стены, пространство искажает астральная буря, и весь зал начинает буквально вибрировать под давлением.

– Что за хрень, шеф?! – кричит Егор. – Что происходит?! Это же не так задумывалось, верно?!

Шельма в это время обольстительно улыбается, игриво изогнувшись и, кажется, наслаждаясь хаосом вокруг.

– Вы теперь погибнете! – заявляет она, с издёвкой глядя на меня. – Ха-ха-ха! Как же я рада, милый, что ты-таки решил последовать моему совету и убил этого Алукарада. Теперь вы все отправитесь в пучину отчаяния!

Я бросаю на неё равнодушный взгляд.

Егор, ошеломлённый её реакцией, вдруг выдает:

– Шеф, у меня такое чувство, что мне только что разбили сердце…

Я, оглянувшись на Егора, фыркаю:

– Тебе бы сходить на курс по выбору женщин. У тебя явная тяга к дамам с маниакальными наклонностями.

Бесчлин встревает с хриплым смешком:

– Пожили бы с моё, человеки. Перестали бы только на сиськи смотреть.

Шельма, бросив на Бесчлина презрительный взгляд, обрывает смех. Она поворачивается ко мне, её глаза полны насмешки и чего-то ещё, неуловимого.

– Почему ты не боишься? – язвительно спрашивает она, приближаясь ко мне походкой от бедра. Вся такая прекрасная и офигенная, словно богиня. – Или ты ещё не понял, что натворил?

Я пожимаю плечами:

– Ты про то, что я уничтожил ингибитор психического прорыва, и теперь здесь всё накроется такими эмоциями, что ни одно живое существо не выживет? Да, я в курсе.

Шельма застывает на миг, но её самодовольство просто так не стереть. Она подходит ближе, её злорадная усмешка сменяется странным выражением смеси страсти и искреннего злорадства. Её рука медленно скользит по моему плечу.

Демонесса тянется к самому уху, её голос становится почти ласковым:

– Прекрасно, что ты понимаешь. Ты теперь умрёшь. Ты, весь твой Легион… все вы отправитесь в Астрал. Но я уверена, что ты не исчезнешь. Ты станешь сильным Демоном, не хуже Короля Теней. И когда мы снова встретимся… – она чуть прижимается к моему боку, её поглаживания мягкие и нежные, – кто знает, может, я снова выйду замуж.

Егор, стоящий неподалёку, не выдерживает:

– Шеф, мне, кажется, опять разбили сердце…

Шельма едва ли обращает внимание на его слова, продолжает тихо говорить мне на ухо:

– Ты был моим первым.

– Для девочки тебе многовато лет, – бросаю я, усмехаясь.

– Первым, кто заточил меня, – она наклоняет голову, её взгляд становится лукавым.

Я лишь хмыкаю. Легионеры же, заметно посуровев, переглядываются. Воронов, сглотнув слюну, несмело спрашивает:

– Шеф… А то, что она сказала… это правда? После смерти мы все становимся Демонами?

Шельма злорадно усмехается, её улыбка будто вырезана из черной стали. Она наслаждается моментом, медленно поднимает голову и начинает с ядовитой насмешкой:

– Далеко не все. Но все, кто умирает, отправляются в Астрал. И там вас не ждёт ничего хорошего. Вы либо станете слабыми, жалкими тварями Астрала, паразитирующими на чужих эмоциях, либо, если повезёт, превратитесь в Демонов. А самые сильные маги и воины, те, у кого хватило силы и ярости, становятся Демонами.