Почерк
был незнакомый; даже если Джек и написал записку, как умудрился он
отослать ее без его, Гэбриеля, ведома? С той минуты, что они покинули
здание суда, он отлучился только раз, и то совсем ненадолго, когда вел
разведку у выхода из штольни. Гэбриель ничего не мог понять; эта анонимная
записка совсем доконала его; он молчал и лишь растерянно потирал себе лоб
рукой.
- О чем же теперь горевать, Гэйб? - ласково спросила Олли. -
Виджилянты, те, что остались живы, убежали кто куда; шерифа тоже нигде не
видно; все напуганы землетрясением, и им не до тебя; только ведь и
разговору что о подземных толчках и разрушениях. (Да, позабыла совсем тебе
сказать, жила наша на холме Конроя ушла под землю, и рудник теперь не
стоит ни цента!) Никто сейчас даже и не вспомнит про нас, Гэйб. Завтра на
рассвете у спуска в Ручьевую лощину мы сядем в фургон; Пит обо всем уже
договорился. Пит сказал, что мы поедем в Стоктон, оттуда во Фриско и потом
в одно местечко, которое называется Сан-Антонио, - там сам дьявол нас не
сыщет, - и будем мы там жить да поживать: я, ты и Джек; а тем временем
дело это забудется. Джек выздоровеет. Жюли вернется домой.
Гэбриель молчал, поглаживая руку сестры. Должен ли он, вправе ли
поведать девочке обо всем, что знал; о подозрении Максуэлла, что Жюли
замешана в убийстве, об уверенности Джека, что Жюли всегда обманывала его?
Решившись наконец, он преподнес свое сообщение в форме, как ему казалось,
весьма дипломатичной:
- А что, если Жюли не вернется совсем?
- Послушай, Гэйб, - вспылила Олли, - если ты снова решил глупить, то,
прошу, не смешивай больше в это дело меня. Жюли в жизни тебя не бросит.
(Гэбриель внутренне содрогнулся.) Ее теперь от тебя не оттащишь даже с
упряжкой лошадей. Не будь таким болваном, Гэйб, прошу тебя!
Гэбриель ничего не ответил.
Между тем, приняв какое-то снотворное средство, извлеченное Питом из
походной аптечки, мистер Гемлин прервал свои вокальные упражнения и затих.
Богатырское здоровье Гэбриеля служило ему надежной защитой от любых
моральных ударов. Он не страдал бессонницей ни при каких обстоятельствах.
Сейчас, не кончив еще своей беседы с Олли, он начал клевать носом и вскоре
заснул, даже захрапел, хоть героям делать этого и не положено. Чуть
погодя, поддавшись убаюкивающей ночной прохладе, задремала и Олли; она
закуталась в плед мистера Гемлина и склонила усталую головку на могучую
грудь брата. Один лишь Пит остался на часах; он чувствовал себя довольно
бодро; а кроме того, успел громогласно объявить, что критическое состояние
мистера Гемлина требует его неусыпного внимания.
Вскоре после полуночи Олли привиделся тревожный сон. Ей снилось, что
они едут вдвоем с мистером Гемлином искать ее брата и встречают
разъяренную толпу, влекущую Гэбриеля на виселицу. В отчаянии она
оборачивается к своему спутнику, но тут - о, ужас! - лицо Гемлина
меняется. |