Услышав тревожную сирену  "Осуми-мару",  пассажиры  испуганно  замерли.

Корабельная команда металась, надрывались мегафоны, гудели  гонги.  И  тут

произошел  первый  удар.  Раздались  вопли  пассажиров,  находившихся   на

плавучем причале у здания порта, до второго этажа затопленного  водой.  От

резкой вертикальной качки несколько человек свалились в море.

   На мостике судна загорелся сигнал о запуске двигателей.

   - Готовьтесь отдать концы! - приказал капитан дежурному. - Хорошо,  что

у нас дизельные двигатели... С турбинными не успели бы...

   Все вокруг заполнил страшный, как вопль чудовища,  гудок  "Осуми-мару".

Схватив  переносный  громкоговоритель,  капитан  сам  крикнул  в   сторону

причала:

   - Спасайте тех, кто за бортом!  Еще  успеете.  Скоро  последует  второй

удар! Спокойно! Производите посадку  спокойно!  -  потом,  повернувшись  к

палубе, крикнул: - Передайте на корму - быть готовым отдать концы!..

   В Осакском аэропорту "Боинг-747" авиакомпании "Пан-Америкэн", приняв на

борт четыреста девяносто  пассажиров,  вырулил  на  взлетную  полосу.  Все

четыре    двигателя    работали    на    полную     мощность,     огромный

трехсотпятидесятитонный корпус мелко вибрировал. И вдруг  грянул  удар.  В

диспетчерской  вышке  от  резкого  вертикального  колебания  подскочили  и

опрокинулись стаканы, погасло несколько лампочек.

   -  Землетрясение!   -   крикнул   кто-то.   -   Остановить   рейс   107

"Пан-Америкэн"! Он взлетает!

   Скорость "Боинга" уже превысила сто двадцать километров в час. Дежурный

диспетчер,  побледнев,  смотрел  сквозь  звеневшие  оконные  стекла,  как,

подрагивая, бежит  гигантский  самолет;  стиснув  зубы,  диспетчер  закрыл

ладонью микрофон.

   Кто-то с искаженным от ужаса лицом подбежал к нему  и,  пытаясь  отнять

микрофон, крикнул:

   - Остановить! Что с тобой?! Скорее!

   Но дежурный грубо оттолкнул его, защищая микрофон, Этот человек работал

ранее в аэропорту Ханэда. Он был там в  момент  большого  землетрясения  и

видел, что случилось с самолетом, только что совершившим посадку. Потом он

не раз бывал свидетелем землетрясений в  Токио  и  прямо-таки  кожей  стал

чувствовать природу и характер этих гримас  природы.  Если  сейчас  отдать

приказ, самолет, возможно, и остановится в  самом  конце  трехкилометровой

взлетной полосы. Но если в этот самый момент хлынет вторая, горизонтальная

волна... А лайнер все увеличивал и увеличивал скорость.  Сто  пятьдесят...

сто семьдесят... Корпус самолета начал подпрыгивать, шасси  временами  уже

отрывалось от земли.

   "Боже!" - прошептал никогда не веривший в бога дежурный. Его мысленному

взору представился пилот, впившийся глазами в стремительно  приближающийся

конец взлетной полосы. И командир, и помощник, наверное, уже заметили, как

необычно подбрасывает машину. Все зависит  от  их  решения,  которое  надо

принять за несколько секунд.