|
Она с трудом поднялась и осторожно, так чтобы ее туника не задралась вверх, перебросила ноги через край повозки и спустилась на землю. Кеннет внимательно смотрел на нее. Тафрис была соблазнительной девицей. — Ты больше не домашняя рабыня, — сказал он. — Здесь на конюшнях живут сильные мужчины. Стой прямо и красиво. — Я надеюсь, — с раздражением сказала она, — господин прочитал записку, которая сопровождала меня. Кеннет достал записку из туники, куда раньше положил ее, и снова прочитал про себя с подчеркнутым вниманием. Тафрис вскинула голову. — Я не вижу, где здесь сказано, что ты не конюшенная девица, — заметил он. — Господин! — запротестовала Тафрис. — Ты разве не простая конюшенная шлюха? — спросил он. Тафрис бросила на меня быстрый взгляд. — Да, господин, — сказала она. — Я потеряла расположение своей хозяйки. Теперь я простая конюшенная девица. — Ты права, — сурово проговорил Кеннет, убирая записку в тунику. — Господин? — Принеси большие ножницы, — велел Кеннет Барусу. — Господин? — снова спросила Тафрис. Барус уже вернулся с большими железными ножницами из помещения для инструментов. Эти ножницы использовались для стрижки шерсти у хартов. Леди Флоренс не разводила хартов, хотя на ближайших фермах они выращивались. Майлз из Вонда, например, выращивает и хартов, и тарларионов. Такие ножницы использовались на конюшнях для различных целей, когда надо было что-то разрезать, например открыть мешки с кормом или подстричь волосы у рабынь. Из этих волос плетут непревзойденные веревки для катапульт. Кстати, рабам не разрешается входить в сарай для инструментов. Все режущие инструменты в конюшнях находятся на строгом учете. Кеннет с ножницами в руках отступил на шаг и посмотрел на Тафрис. — У тебя туника с рукавами, — сказал он. — Давай оголим твои руки, чтобы ты могла лучше работать. — Работать? — переспросила она. Кеннет отрезал рукава туники. — Давай освободим и ноги, — задумчиво проговорил он. Взяв ножницы, Кеннет сильно укоротил подол туники Тафрис. Это не огорчило меня. Кеннет передал ножницы Барусу. — Подожди, вот госпожа услышит об этом! — закричала девушка. — Я сделал это, чтобы доставить удовольствие своим людям, — зло ответил Кеннет. Она отшатнулась, а он оторвал еще несколько кусков от только что отрезанного подола ее туники. Тафрис, выставленная напоказ, закричала от обиды. — И это тоже! — проговорил он. — Пожалуйста, нет, господин! — заплакала она. Но его руки уже рвали тунику, обнажая красоту ее груди. Наконец он разорвал ее одежду на левом боку до бедра, превратив в неприлично короткие лохмотья. Я заметил, что у Тафрис было обычное для Гора клеймо: «кейджера». Именно такое клеймо, очаровательное, маленькое, выполненное в виде написанной курсивом буквы «кеф», заглавной в слове «кейджера», носит большинство горианских рабынь. Кеннет ударил девушку по ногам, так что она, рыдая, упала на колени в грязь. — Дай мне ножницы, — приказал он Барусу. — Записка, записка, господин! — с чувством проговорила девушка, глядя снизу вверх. |
