Она стояла перед классом и смотрела на ребят, не на всех сразу, а на каждого по очереди, и каждому говорила:

— Ну, здравствуй, Яша! Управляешься с братишками? — и улыбалась, и Яшка улыбался в ответ:

— Управляюсь, Клавдия Алексевна!

— Ярослав, голубчик! Ты, думаю, уже не только всех русских царей изучил, но и всех князей, а их было видимо-невидимо.

— Я фараонов теперь изучаю! — радостно подскочил Кук и улыбнулся в ответ на улыбку.

И никто свою улыбку не отпускал, и весь класс улыбался.

— Тебе, Федя, хорошо с ребятами? — спросила Клавдия Алексеевна.

— Очень хорошо! — совершенно счастливый, звонко выкрикнул Федя.

И все засмеялись.

Клавдия Алексеевна прошла по рядам, трогая руками кудлатые мальчишечьи и расчесанные девчоночьи головы. Те, кто сидел у стены, придвигались к соседу, подставляя головы, чтобы их ненароком не обошла добрая рука учительницы.

А потом была математика, задача на муторные бассейны, и вот ведь диво: Федя понял — что к чему. Первый раз в жизни понял, как решаются задачки.

Из школы выходили втроем: Яшка, Федя, Кук. Пятиклассники ждали.

— Я за Цурой сбегаю! — сказал Федя.

— Погоди! С крыльца не сходите, я мигом! — Яшка кинулся назад в школу.

Кук стоял, смотрел на верхушки деревьев, словно это ждали кого-то другого.

— А гнезда уже пустые, — сказал он. — Что-то больно рано.

— Наверное, зима холодная будет, — Федя следил за мальчишками. Они чего-то затевали, подавали какие-то знаки в школу.

— Я люблю зиму, — сказал Кук. — Люблю, когда деревья в инее. И когда луна и мороз.

«О чем он бормочет! — закипал потихоньку Федя. — Сейчас ребята бить кинутся, а он про луну».

И точно! Из двери выскочил мальчишка и двумя руками толкнул Кука с крыльца в толпу пятиклассников. Кулаки взвились, но тотчас раздался властный сильный голос:

— Кто его тронет, будет иметь дело со мной.

Мальчишки отпрянули. На крыльце стояла Клавдия Алексеевна.

— Зайцев, Саша! — окликнула она одного из пятиклассников. — Помнишь, мама твоя приходила в школу искать на тебя управу?

— Ну, помню! — мрачно откликнулся Саша Зайцев.

— Ты все помнишь?

Саша промолчал.

— Так вот, если твоим приятелям неймется, ты расскажи им о том, с чего началась наша дружба. Мы ведь друзья?

— Друзья! — совсем не зло отозвался Саша.

5

Федя приоткрыл дверь в комнату — никого. Быстро портфель в угол и — к старому, давно сломанному патефону. В трубе усилителя звука лежали их совместные с Феликсом капиталы. Федя сунул руку, ухватил свернутые трубочкой деньги, подумал, бросил три пятерки назад, чтоб Феликс не больно орал, остальные деньги в карман. Только спрятал — крадущиеся шаги бабки Веры.

— Ты чего? — спросил Федя, резко обернувшись.

— Я-то ничего, — цепкий взгляд обшарил с ног до головы.

— А где мама, где ребята?

— Лисенка твоего кормят.

— А-а! — сказал Федя и мимо бабки Веры выскочил в сенцы.

Бабка потянулась за ним рукой, но только шею царапнула. Федя через парадное выскочил на улицу и — за угол. Кук и Яшка ждали.

— Бежим в парк! — сказал Федя. — Все в порядке.

— Если деньги твои, чего же бежать? — подозрительно сощурил глаза Яшка.

— Деньги мои, мои! Только ты не знаешь нашей бабки Веры.