– С-следы?

– Ну. Дорога мокрая. Пока снова дождь не пошел, не смыл – шансы есть. Но оставлять тебя одну в таком состоянии…

– Нет! – Вероника соскочила с капота. – Я с тобой.

***

На помощь им прибыл не эвакуатор, как ожидала Вероника, а хозяин здешних мест – УАЗ. Тёмно-зелёного защитного цвета, в грязи по самую крышу, с синими полицейскими номерами.

С водительского сиденья выбрался парень в форме. С пассажирского сиденья – второй. Саше пожали руку.

– Здорово, Санёк. Какими судьбами?

– Да как обычно. Служба.

– Ясно. Давно загораешь?

– Четвёртый час пошёл. Девушка замёрзла. Тёплые вещи есть?

– Как не быть…

Веронику усадили в салон. В комплект тёплых вещей, помимо полицейского бушлата, в который её закутали поверх куртки, входила термокружка с чем-то крепко алкогольным внутри.

– Пейте, – сказал водитель Веронике. Теперь она стучала зубами уже от холода – за прошедшие три часа температура упала до минусовой. – Грейтесь.

К их с Сашей машине прицепили трос. В дороге Веронику кормили домашними пирожками, бутербродами, поили чаем и всячески пытались развеселить. Помещения милее, чем прокуренный салон уазика и сиденья удобнее, чем растрескавшийся дерматин, она не встречала никогда.

К гостинице их притащили в пятом часу утра.

Саша отвёл Веронику в номер. Усадил на кровать. По дороге, в машине, она немного пришла в себя, даже поспать успела. Куртку и кроссовки сумела стащить самостоятельно.

– Спи, – посоветовал Саша. – Ложись, как есть, разденешься потом.

– Нет, – Вероника упрямо помотала головой. Посмотрела на заляпанные грязью джинсы. – Я уже в порядке. Ну, более-менее. – Усталость наваливалась всё больше, но желание убедиться, что она в своём уме, пересиливало. – Кому это всё было нужно? Зачем?

На дороге они с Сашей нашли следы. Свежие, от протектора. И человеческий след. Точнее, его часть – человек наступил в лужу и выбирался из неё, отпечаталась половина подошвы.

Больше на каменистой дороге следов не было. Но Саша, увидев отпечаток, победно усмехнулся.

– Как по мне, очевидно, кому и зачем. Милой тётеньке шаманке. Ей очень хотелось, чтобы мы поскорее убрались. Поломка – зуб даю, её рук дело. Мусора в бак напихать – много ума не надо, ребенок справится. А дальше она ехала за нами и тупо ждала, пока заглохнем. Видела, у неё джип во дворе стоял? След от протектора я сфоткал, наверняка совпадёт. Как только мы разделились, шаманка рванула за тобой. Была уверена, что я уже далеко, на помощь не приду. И вот тут просчиталась. Там, где-то метров через пятьсот, дорога вверх пошла, намёк на связь прорезался. И кедр растет – ветвистый, удобный. Ну, я и думаю – дай, попробую. Карабкался долго, но не зря. Залез повыше – и правда связь появилась. Ну, я набрал местных, рассказал, что встрял. Два года назад с этими ребятами по наркоте работал. Начал спускаться – и ты кричишь. Я с дерева метров с трёх сиганул. Шаманка этого почему-то не предвидела. Хоть и ясновидящая.

– Но шаманка всё время была у нас на глазах! Когда бы она забила бензобак?

– Девка выходила. Сразу, как только мы появились. Помнишь? Тётка наверняка не в первый раз такое проворачивает. Всех, кто в духов не верит, или просто ей не по нраву, запугивает до усрачки. Чтоб не смели больше сомневаться.

– Но она ведь поняла, что ты полицейский!

– И что? В полиции служат одни дебилы, это во всех сериалах показывают. А объективно – что я ей пришью? Следы на дороге? Так скажет, что по делам поехала, любимую племянницу навестить.