Арестованных ввели в резиденцию городского головы, провели вниз по лестнице и втолкнули в тюремную камеру с дверью, забранной решетками. Дверь за узниками захлопнулась. Стражник, здоровенный, как бык, мужичина с лысой головой, дважды повернул в замке тяжелый ключ.

– Оставьте нас, – сказал Бомбас, обращаясь к стражнику и своим трем телохранителям.

– Сколько ты собираешься нас здесь продержать? – спросил Конан.

Бомбас пожал плечами:

– Возможно, недолго. Возможно, весь остаток ваших дней. Все зависит от обстоятельств.

– Сколько нужно обстоятельств, чтобы ты выпустил нас отсюда? – спросил киммериец.

– Обычно пятидесяти марок обстоятельств достаточно. Но вас двое. Я не уверен, что этого стечения обстоятельств хватит.

– Это неслыханное самоуправство! – взвился Пирис. – Я направлю жалобу послу Заморы! Он мой личный друг!

Услышав это, Бомбас захохотал, и все жиры его тела затряслись.

– Слушай ты, человечек! Во-первых, посол Заморы находится в Тарантии, до которой тебе еще надо добраться. Ты не похож на колдуна, так что я сомневаюсь, чтобы тебе удалось связаться с послом из этой темницы. Мне каждый день приходится иметь дело с отребьем, вроде тебя. И я думаю, что меньше всего тебе хочется привлекать внимание заморийских властей к собственной персоне.

– Нас будут судить? – спросил Конан.

– Если я захочу. Ближайшее судебное заседание еще не скоро. Впрочем… – Тут городской голова подошел вплотную к решетке. -…Вам вовсе не обязательно торчать здесь все это время. Скажите мне, что за дела у вас здесь, в Шикасе? Если ты убедишь меня в том, что я смогу получить от них какую-то выгоду, возможно, мы сумеем прийти к обоюдному согласию. И помните, что вы оба здесь чужаки и никаких прав у вас здесь нет. Кстати, я могу держать вас здесь и без суда. Ну так что у вас за делишки в городе?

Ни один из заключенных не проронил ни слова. Бомбас отступил назад от решетки и нахмурился:

– Ну что ж, хорошо. Я могу освободить вас по уплате пятисот золотых марок. Каждый!

– Где мы найдем такую сумму? – взвыл Пирис.

– Меня это не касается, – сказал Бомбас. Он повернулся и начал подниматься по лестнице.

– Интересно, кто натравил на нас эту жирную свинью? – спросил Пирис.

Конан пожал своими массивными плечами:

– Я думаю, его подкупили, чтобы он убил нас, если это не удастся сделать наемным убийцам. Когда те вошли в аллею с одной стороны, Бомбас со своими людьми ждал нас с другой стороны. Однако наемные убийцы сами оказались на месте жертв. Что до городского головы, то он побоялся драться со мной. Кроме того, он чует, что ему может отломиться пожива в том случае, если мы останемся живы. Ну а касательно твоего вопроса, кто его подкупил, – то здесь кандидатур пруд пруди. Кстати, мне кажется, я заметил твою черноволосую потаскуху. Она наблюдала за схваткой с крыши. Впрочем, я не очень в этом уверен.

– Как? Эта тварь! Если она выследила меня здесь…

– Она что, тоже охотится за Черным Скорпионом? – спросил Конан.

– Киммериец, ты задаешь слишком много вопросов. Мои дела – это мои ЛИЧНЫЕ дела. Не забудь, ты не мой партнер. Я просто нанял тебя, чтобы ты мне помогал.

Маленький человечек буквально кипел от возмущения. Лишь через несколько минут он остыл.

– Кстати, мой друг, – сказал Пирис, – не найдется ли у тебя достаточного количества золота, чтобы отворить нам дверь этой темницы?

Услышав это, Конан заржал:

– Эй, ты помнишь мои денежные обстоятельства в тот день, когда мы повстречались? Ты дал мне задаток в двести золотых, большую часть которых я потратил на снаряжение и дорожные расходы.