– Правосудие? Но как? – изумился Бек. Вряд ли дело имело отношение к религии: испокон веков шотландцы предпочитали решать споры с помощью клинка.

– Спустя некоторое время в дом Малкольма ворвалась шайка охотников и перебила всех до единого, не пощадив даже детей. Самого Малкольма они сожгли на костре, обвинив в колдовстве.

– Боже мой. – Бек похолодел, к его горлу подкатил ком.

– Так все и было. Но сын Малкольма, Эван, к счастью, в это время был в Эдинбурге. Поняв, что следующим на костер поведут его самого, он предложил гениальный по простоте план: велел всем уцелевшим родственникам поймать демонов и как можно скорее доставить их знакомым священникам.

– Хитро, – согласился Бек. – Стюарты не смогли бы ловить демонов, если бы работали на Люцифера.

Стюарт утвердительно кивнул:

– Все отлично сработало. Старый Эван оказался проницательным парнем. За каждого пойманного демона он платил кое‑какие деньги. Слухи об этом быстро распространились в народе. Лучше уж получить плату за своего демона, чем позволить охотникам сравнять твой дом с землей.

Бек ухмыльнулся.

– Изящно исполнено.

– Именно. И так ловцы становились все популярнее с каждым днем. В нашей семье всегда были ловцы, даже несмотря на то, что некоторые стали протестантами.

Бек вспомнил начало истории.

– А что было с тем охотником, возглавлявшим рейд на дом Малкольма?

Хозяин дома осклабился в волчьей улыбке.

– Исчез спустя несколько дней. Позже его нашли в вересковых пустошах. Его приспешники с трудом собрали фрагменты того, что можно было похоронить.

– Справедливо, – признал Бек. Пытаясь осознать услышанное, он сделал глоток виски и задумался. Вряд ли Стюарт стал бы рассказывать ему все это, если бы из него не планировали сделать Мастера. В груди у него затеплилось доселе неизведанное чувство гордости.

– Вот почему охотники нас недолюбливают, – подытожил шотландец. – И за более чем восемь веков ничего не изменилось. Если быть точным, все стало даже хуже с тех пор, как они угодили под начало Ватикана.

У Бека зазвонил мобильник. Рассердившись, что им помешали, он выругался и ответил:

– Да?

– Это Жюстина, – произнес приятный голос.

Он не смог спрятать улыбки.

– Как продвигаются дела?

– Отлично, большое спасибо. Мы можем встретиться сегодня вечером?

Он посмотрел на Стюарта.

– Я сейчас немного занят.

– Я собираюсь закончить статью, но у меня осталось несколько вопросов.

Скрепя сердце он согласился на встречу. Радостно щебеча, Жюстина назначила время и место.

После того как Бек повесил трубку, шотландец пристально посмотрел на него.

– Еще виски?

– Да. Думаю, мне это не помешает.

Глава двадцать вторая

Райли открыл дверь один из младших братьев Саймона, но она не могла сказать точно, кто именно. У него были такие же светлые волосы и небесно‑голубые глаза, как и у остальных Адлеров. Мальчик сказал, что        хмырь опять сидит в своей берлоге и из‑за него никто не может смотреть телевизор.

– Его навещал кто‑нибудь из ловцов? – спросила она. Может, кому‑нибудь другому удалось достучаться до него и вернуть к действительности.

– Пара человек. Ты как раз разминулась с одним парнем, но вряд ли он из ловцов.

– Кто это был? – полюбопытствовала Райли.

Мальчик пожал плечами.

– Не знаю, он и в госпитале к нему приходил. Он мне не нравится – после его визитов Саймон совсем замыкается в себе.