Наступил последний час перед глубокими сумерками. Гонелл медлил. Ему казалось, что бой развернулся уже на пятом этаже, где русские сумели выстроить непреодолимую преграду из шкафов и прочей мебели. Но еще через несколько минут из штаба батальона ему сообщили, что волна сражения застряла где-то между третьим и четвертым этажами. Без основательного подкрепления продвинуться выше не получится.

Он поднял трубку телефона, напрямую соединяющего его с цитаделью, и услышал слегка взволнованный голос заместителя:

– Генерал-майор Маттерн у аппарата.

Эрнст Гонелл заменил генерала Маттерна на посту коменданта крепости сразу с подходом к ней танковых колонн русских. Маттерн, назначенный на данную должность год назад, воспринимал ее как вершину своей военной карьеры, надеялся, что с этого спокойного места, расположенного вдали от фронта, сможет уйти в отставку. Но все оказалось совершенно иначе. Так уж вышло, что именно здесь развернулось одно из главных событий текущей войны, от которого зависела не только его личная судьба, но, быть может, и участь всей Германии.

Эрнст Гонелл испытывал к бывшему коменданту крепости некоторое снисхождение, хотя не показывал его ни намеком, ни взглядом, ни тем более словами. Он держался с ним ровно, почти на равных. Как-никак, оба они носили генеральское звание. Но Гонелл всякий раз невольно сдерживал улыбку, когда Маттерн шел по городу и торжественно, как нечто особенно ценное, нес перед собой выпирающую бездонную утробу. Выглядел он по меньшей мере комично. Генеральский мундир, даже сшитый на заказ, выглядел на его фигуре мешковато и собирался по бокам в некрасивые широкие складки. Генерала Маттерна можно было бы представить добродушным лавочником, стоявшим за прилавком с кусками нарезанного мяса, в крайнем случае пожарным, но уж никак не кадровым военным. Мундир смотрелся на нем как самое настоящее недоразумение.

– Это комендант города Гонелл. Направьте к объекту сорок три, на перекресток улиц Логенвег и Вальтгассе, дополнительный взвод минометчиков.

– Господин генерал-майор, боюсь, что мы не сумеем этого сделать. Людей у нас немного. Если их забрать с других участков, то русские сумеют прорвать нашу круговую оборону, – словно извиняясь, проговорил Маттерн.

Этот толстяк, наслышанный о богатой военной биографии Эрнста Гонелла, безоговорочно принимал его лидерство и смел возражать только по телефону.

– Возьмите взвод автоматчиков из моего личного резерва и усильте его отделением панцерфауст. Без них нам русских не выкурить.

– Слушаюсь! – обреченно проговорил генерал-майор Маттерн.

Он буркнул что-то еще, но Эрнст Гонелл посчитал, что разговор исчерпан, и небрежно положил трубку.

Глава 24

Просили продержаться

Штурм верхних этажей немцы начали с минометного обстрела. Красноармейцам оставалось только укрыться где-нибудь за бетонной плитой и вслушиваться в нарастающий свист мин. Рванет сбоку, осыплет перекрытие мелкими минометными осколками. Солдат всякий раз невольно стиснет зубы и отметит, что в этот раз ему тоже очень повезло.

Осколки разорвавшейся мины в силу неправильности своей геометрической формы обладали непредсказуемой траекторией полета, попадали порой в самые недоступные и закрытые места. Их способность отскакивать от стен значительно усиливала поражающий эффект. Подполковник Крайнов не однажды отмечал, что осколки распарывали на нем телогрейку даже тогда, когда он прятался от взрыва за стеной. Ему оставалось только удивляться мудрености их полета.

Он решил, что немцы предпримут атаку сразу после артобстрела, усилят свои передовые ряды подразделением автоматчиков. Так оно и произошло.