Бой разгорался. Со стороны фортов, рассекая ночь, полетели бронебойные снаряды. Сразу три из них отыскали в ночи движущийся танк, прошили броню башни, уничтожили экипаж. Через мгновение сдетонировал боекомплект. Танк разорвался на многочисленные бесформенные куски.

Некоторое время эти обломки полыхали, пускали черные клубы. Языки пламени яростно лизали чернеющее небо, освещали улицы, изрытые снарядами, разрушенные дома, солдат, лежавших на снегу. Под ярким огнем они выглядели совершенно беззащитными, цеплялись ладонями за землю, как за последнее свое убежище.

С юго-западной стороны тоже не все шло ладно. Русские усиленно наседали, тащили на себе пушки и через густой дым били прямой наводкой по фортам.

– Соедините меня с майором Эверестом! – приказал генерал-майор, продолжая наблюдать в бинокль за ходом сражения.

С крепостей взлетали осветительные мины, маневры русских иногда становились видны. Наступающие штурмовые группы закрывались дымами. Немецкие пулеметы вовсю лупили по цепям противника, прорывавшимся в спасительную темень, откуда они, уже совершенно невидимые, сумеют продолжить наступательную операцию.

– Майор Эверест на связи, – сквозь шум боя услышал комендант.

– Майор, приготовьтесь контратаковать. Мы должны оттеснить русских на прежние позиции.

– Слушаюсь, господин генерал-майор! – заявил Эверест. – Мои солдаты погибнут, но не отступят.

– Давайте по существу, без всякой пропаганды. Оставим ее доктору Геббельсу, у него это получается лучше, чем у нас. А наше дело воевать, бить врага! Вам все понятно, господин майор?

– Так точно, господин комендант!

– Ваш план действий?

– У русских хорошо работает артиллерия. Нам следует ослепить расчеты орудий, а также командные и наблюдательные пункты, понаблюдать за позициями русских, выявить массовые скопления пехоты и провести массированные артиллерийские атаки, после чего силами пехотного полка отбросить противника на прежние позиции.

– Вы хороший солдат, майор. Так и действуйте!

– Господин генерал-майор, на связи капитан Вайсер. У него есть срочное сообщение.

– Давай его сюда, – сказал комендант, взяв телефонную трубку. – Что у вас там, капитан?

– Русские прорвали внешнее кольцо обороны города. Теперь все западные крепости находятся в окружении.

– Сделайте вот что. Сконцентрируйте все силы, попытайтесь прорвать окружение и выйти к линии фронта. Вам все понятно?

– Так точно, господин генерал-майор! Разрешите приступать?

– Приступайте!

Не прошло и двух минут, как в ночном небе одновременно вспыхнули два десятка осветительных ракет. Парашюты раскрылись, и факелы полыхнули невероятно ярко. Стало светлее, чем в самую ясную погоду. Парашюты, подвластные воле ветра, медленно сносились прямо на позиции русских. Теперь немцы хорошо видели малейшие неровности рельефа, различали места, где могли бы разместиться наблюдательные пункты русских, их орудия, спрятавшиеся в тени, танки, затаившиеся у стен домов, и пехоту, двигавшуюся цепями в сторону осажденного города.

Следом, не давая наступить мраку, в воздух взлетели еще несколько десятков осветительных мин. Заряды, заложенные в металлические корпусы, разорвались почти одновременно. Освобожденные парашюты с подожженным осветительным составом на какое-то мгновение застыли в воздухе, а потом стали плавно продвигаться к русским траншеям.

Мгновения, как это часто бывает на войне, превратились в вечность. Поле сражения запечатлелось в стоп-кадре. То, что еще секунду назад двигалось, теперь застыло и будто умерло, чтобы с наступившей темнотой воскреснуть и двинуться далее.