– Не волнуйся, синяков не будет, я об этом позаботился. – усмехнулся я, ложась между Ангелиной и Марией, так чтобы разделить девушек. – И старые заживут так что много косметики не понадобится.

– Хоть какие то плюсы у тебя есть, милый. – фыркнула Мальвина, отворачиваясь, через минуту ее дыхание выровнялось, и я уже подумал, что она заснула, когда девушка повернулась ко мне. – Сделаем как поступали предки – нам нужен особняк с разнесенными спальнями. И ждать десять лет до официальной свадьбы я не готова. Если надо, можем переехать в один из домов Морозовых.

– Нет, не стоит. – успокоил я девушку. – У меня есть один дом на примете. Правда у него имеется один существенный недостаток.

– И какой же? – поморщившись спросила Мария.

– Говорят это особняк с привидениями. – ответил я, и убедившись, что Мальвина заинтересовалась, отвернулся сам, сделав вид что заснул.

Глава 17

– Благословите, отче. – проговорил я, когда нас с Марией развели в разных направлениях. Не знаю кто будет исповедовать дочь регента, а меня с улыбкой встретил сам Филарет, в простой черной рясе.

– Присаживайся, Александр. – указав на стул сказал он. – В начале поговорим, а после уж будем думать о благословлении. Но я тебе благодарен за понимание, дядька твой с чего то решил, что сможет вернуть времена синода и даже во дворец меня вызывал.

– Ого, не знал. – искренне удивился я.

– О существовании священного синода, или о некорректном поведении своего дяди? – с хитринкой спросил Филарет.

– Ни о том, ни о другом. Если честно никогда особенно не интересовался нашим религиозным устройством. – честно ответил я. – Как то не до того было.

– И вправду, дел мирских у тебя за последний год было предостаточно. – кивнул патриарх. – И на сколько я слышал, брать перерыв ты не намерен. Верно?

– Как вы верно заметили, отче, дел очень много, и ждать они не будут. Да и сами не выполнятся. – ответил я, пожав плечами. – А если вдруг и разрешаться, то не факт, что нужным мне способом.

– И потому ты готов порушить то, что работает, только потому что тебе это не нравится? – прямо взглянул на меня Филарет. – Не удивляйся, есть среди твоих прислужников верные прихожане, и творящееся во дворце не является для меня тайной.

– Раз так, то вы должны были слышать и о том, что именно там говорилось. Об ужасах и людских страданиях, которые требуют справедливости. – сказал я, легко выдержав осуждающий взгляд. – На нашей земле поселился враг. Враг опасный и хитрый, прикрывающийся благими намерениями. И мы должны призвать его к ответу.

– Ты говоришь о мести, а не о справедливости. – покачал головой Филарет. – И то, что ты собрался делать – так же можно назвать злом, прикрывающимся маской законности и справедливости. Сколько семей будет из за этого разрушено? Сколько отцов не вернуться домой? Сколько детей лишаться родителей?

– Поэтому я и пришел к вам, для минимизации потерь и людского страдания. – ответил я. – Возможно, действуй я в одиночку, наломаю дров. К счастью, у меня уже есть команда и мы готовы к сотрудничеству.

– Нет, Александр. Не готов. Будь это так, ты прежде пришел бы за советом, и только после этого начал действовать. У тебя же все уже решено, все фигуры расставлены и даже если я сейчас скажу тебе остановится, изменит ли это твое решение? – покачав головой спросил Филарет.

– Нет. Само решение не изменит. Но, возможно, я чуть подправлю способ его реализации.