Чистокровных пока что не было видно, но я знал, что они где-то рядом. Ведьма сказала, что они умеют долго ждать, и нам всё равно надо решить эту проблему прежде, чем я выведу княжну из-под заклинания, маскирующего избу. Чёрная руна на пятке принадлежала этим чистокровным, они чуяли её и легко захватят разум княжны, едва она выйдет из-под купола. Хотя Велена призналась, что могла временно перехватывать контроль над ней.

«Тогда просто заблокируй руну», — сказал тогда я.

«Если к руне взывают сразу двое яродеев, отдавая противоречивые приказы, у твоей княжны мозги превратятся в орочью варь».

«В смысле?»

«В том смысле, что они потом сгодятся только как ингредиент для мази. Из княжеской крови получается хорошая варь, это да».

Усмехнувшись, я продолжил бежать. Потом, почуяв, что мне не хватает нагрузки, я решил бегать уже с двумя брёвнами под мышками.

Наконец, почуяв огонёк ядра в груди, я подошёл к пню. Ударил… Пенёк, конечно, слегка качнулся, но это был обычный человеческий удар. В моём прошлом мире моя бабушка и то сильнее била.

Я пытался сконцентрировать свой разум на источнике, представлял иглу яри, которую выпускаю из ядра к руке, к своей ладони, но тщетно…

— Ну, что ж, кузнец, — послышался довольный голос Велены, — Это даже лучше, чем я ожидала.

— В смысле⁈

— Знаешь, твоё «в смысле» уже начинает надоедать.

Я поморщился. Мне тоже многое уже начало надоедать.

— Нам нужна какая-нибудь руна. «Сила, удар, толчок». Но с тобой сложно — покров орочий, и просит красных рун, начертанных орочьей варью. А эльфийская ярь тянется к эльфийским рунам…

— Бить? — я вдруг вспомнил белую руну, подсмотренную у кузнеца в Качканаре.

— Конкретно «бить» я у орков не знаю… — начала было Велена, а потом с интересом глянула, как я на пне начал чертить угольком знак.

Я его плохо помнил, и задумался, даже не дорисовав, но ведьма усмехнулась.

— Крестьянская волшба? Это же слово «бити». Кстати, очень даже неплохо, с этого и начнём. А ты смышлёный, орф. Напиши «бити» внизу… да не эту каракулю, а слово!

Я послушно написал.

— А теперь напиши «бити», только каждую букву на букве.

— Так? — я начертал букву «б». Потом на ней же «и», «т», затем…

— Последнюю смести чутка, ну что ты, совсем у тебя художественного таланта нет.

— Чего нет, того нет, — буркнул я, последовав совету, — Не художник.

Начертав последнюю «и», я с удивлением уставился на получившийся знак. Именно на тот самый, который разглядел на молоте у кузнеца и который не смог до конца запомнить.

— Так просто?

— А вот сейчас, орф, ты подошёл к самой сокровенной тайне волшбы, к её сути.

Я вытащил гномий иолит из кармана, задумчиво глянул на него.

— Я знаю гномьи руны. По-русски они означают «искать», «стоять», «копать» и «успевать».

— А ты знаешь, что если тебе неизвестно значение гномьих слов, волшба не сработает?

— Был такой момент, — я растерянно кивнул.

— В иолите заключён свой, искусственный источник, настроенный могучим гномом, но ярь в нём творит волшбу по твоей воле, это же инструмент. Не забывай, что вся ярь — это часть этого мира.