— Что с вами стряслось? Вы меня не узнаете?

Балуев напоминал человека, который перенес сложнейшую операцию и только-только начал выходить из наркоза.

— Да что с вами? Пойдемте ко мне. Я напою вас чаем. О, такого чая вы еще не пробовали! Я завариваю его с листьями смородины.

Балуев последовал за ним как сомнамбула.

— Я однажды пил этот напиток в гостях, — продолжал Гольдмах. — Это было год назад, за границей. Но у наших, русских. Я пришел в неописуемый восторг. Вот попробуете и скажете свое мнение. — Миша весело разглагольствовал, хоть и сомневался, что у сомнамбулы, ступавшей за ним след в след, осталось какое-либо мнение, и что она, эта сомнамбула, еще способна издавать звуки.

Войдя в квартиру, он стащил с Балуева пальто и усадил его в продавленное кресло в гостиной.

— Сейчас поставлю чайник, — комментировал свои действия Гольдмах, — и вы отведаете райский напиток.

Черт возьми! Тот опять уставился в одну точку!

Медучилище все-таки пригодилось. Миша сразу определил, что Балуева напичкали какими-то таблетками, и он пребывает в трансе. И в таком состоянии нет ничего лучше, чем крепкий чай.

Он поставил на стол все необходимое.

— Еще минутку! — суетился вокруг Балуева Миша. — У меня есть настоящий донниковый мед!

Постепенно глаза гостя начали оживать. Он медленно подносил ко рту чашку с горячим чаем и делал маленькие глотки.

— Я здесь уже был? — по слогам произнес он, выпив вторую чашку.

— Однажды были, Геннадий Сергеевич. Совсем недавно! — обрадовался хозяин. Ну, наконец-то! Проклюнулось что-то человеческое!

— А ваша фамилия… — начал припоминать Геннадий.

— Гольдмах, — подсказал ему Миша и с усмешкой добавил: — Владелец игровых автоматов, казино «Большие надежды», ресторана «У Сэма».

— Врете, — спокойно возразил гость, — всем этим владеет старик Лось.

— Что правда, то правда, — не стал оспаривать Гольдмах. — Я — всего лишь марионетка. Временное явление.

— Все мы — временное явление. — Балуев вдруг резко поднялся и схватился за голову. — Черт, как мутит! Мне надо в туалет.

Михаил радовался случаю. Ухаживать за больным — лучший способ отвлечься от тягостных дум.

— Ничего, ничего, — успокаивал он Геннадия, — с кем не бывает. Травяной настой и теплая ванна сделают свое дело. Завтра будете как огурчик!

Пока гость принимал ванну, Гольдмах попытался дозвониться до Швейцарии. К телефону никто не подходил. Разница во времени составляла четыре часа, и в Альпах еще догорал день, а значит, Лика еще в поте лица трудилась на сыроваренном заводике своего мужа.

Он уложил больного в постель и посоветовал скорее уснуть.

— Как я попал к вам?

— Я вас нашел у художественных мастерских. Там я ставлю машину.

— А какое сегодня число?

Гольдмах сказал, и Гена понял, что потерял трое суток. Но самое главное, он не помнил, что с ним произошло за это время.

— Вас чем-то напоили, — помог ему Михаил.

— Я выпил кофе…

Перед глазами встала четкая картина. Кабинет Тимофеева. Входит секретарша с подносом. Потом все как-то разом нахлынуло, будто проявилось на фотобумаге.

«Видно, трех суток Игорьку хватило, чтобы смыться из города. И Валера уже вернулся из Греции. Теперь не просто будет его поймать».