— На него это не похоже. Он всегда отдавал предпочтение сильным людям. — Балуев на минуту задумался. — Ну, да ладно. Ты говоришь, не сегодня-завтра эта банда доберется до старика?

— Да, но у меня нет с ним никакой связи. Правда, неподалеку живет моя знакомая. Я уже пытался дозвониться до нее.

— По своему телефону? Молодец! Вот бы ты подставил Лося! Твой телефон уже давно прослушивают. Неужели непонятно?

— Что же делать? — заволновался Михаил.

— У меня в кармане пальто лежит сотовый, — вспомнил Геннадий, — но где гарантия, что эта банда не вмонтировала туда какую-нибудь дрянь?

— Так что же все-таки делать? Переговорный уже закрыт.

— Позвонить от каких-нибудь знакомых, — посоветовал Балуев. — Есть у тебя знакомые — простые, обыкновенные люди?

— Есть, — улыбнулся Гольдмах. Он подумал о родителях Лики.

— Вот и отлично. Садись в машину и гони к ним. А я тут пораскину мозгами, как нам с тобой дальше быть. И заодно прослежу, нет ли «хвоста».

Ничего подозрительного во дворе он не заметил и, отойдя от окна, подумал: «Какой смысл следить за человеком, который пойман в ловушку?»

Боясь прослушивания, долго не решался позвонить Кулибиной, но любопытство в конце концов взяло верх.

— Геночка, неужели это ты? — смеялась и рыдала Света.

— Нас, возможно, прослушивают, — предупредил он, — так что без эмоций, пожалуйста.

— Наплевать мне на всех! Пусть слушают мои эмоции! Где ты был?

— Об этом потом. Тимофеев смылся?

— След простыл.

— Из Греции есть какие-нибудь вести?

— Вести печальные.

— Поликарп?

— Если бы! Убили Олега Карпиди! — Она произнесла это срывающимся голосом.

— Тебе-то что волноваться?

— Олег был отличным парнем. Совсем не похож на отца.

— Все мы не похожи на своих отцов, а их дела нам аукаются. Гробовщик прилетел?

— Нет. Зато прилетел Мишкольц. Я его вызвала оттуда.

— Зря.

— Пожалуйста, не говори ему о нашем деле. Ты что-нибудь прояснил?

— Не по телефону. Мне надо заглянуть в дело Гольдмаха.

— Оно тебя дожидается.

— Ты его полистала?

— У меня мало времени, Геночка. Я устаю на своей работе. И потом, прости, продолжаю считать, что связь между делом Гольдмаха и убийством сыновей Поликарпа — плод твоей фантазии.

— Ладно, разберемся. Как продвигается мое дело?

— Сегодня должно было состояться судебное заседание, но тебя-то нет. В принципе, Марина согласна, но с условием, что во время каникул мальчики будут жить у нее. Я думаю, не стоит ломать копья по пустякам. Главное, пацанов мы отвоюем, а там уж как сложится.

— Поторапливайся, Светка! На следующей неделе я должен быть в Москве.

— Остались формальности, — по голосу было понятно, что она растерялась от такого заявления.

— Я не хочу здесь задерживаться, слышишь?

— А как же…

— Все решится на днях.

— Ты уже знаешь?.. — Она не договаривала, но они оба понимали, о чем речь.

— Остались формальности, — передразнил ее Гена.

— Когда приедешь?

— Завтра. Нужно еще утрясти одно дельце и встретиться с Вовой. Так что вечером жди.

— Я соскучилась.