|
И даже рынок, на котором ее продают, и время года, когда она выставлена на торги. Девушка, которую продают на престижном рынке, утром перед продажей помещенная с другими красивыми обитательницами внутри выставочной клетки с хромированными и узорчатыми решетками, где она двигается и позирует по инструкциям будущих участников торгов, почти непременно получит большую цену, чем та, которую вытащили за волосы из набитой битком деревянной, сколоченной болтами клетки и бросили на платформу для торгов, или, скажем, чем та, которую продают с цементного, выставленного на всеобщее обозрение постамента на простом уличном рынке. Обычно девушки получают большую цену весной. Я мало сомневаюсь, что поиски рабынь на Земле усиливаются в определенное время года, чтобы пойманные девушки могли быть доставлены на весенние рынки. Многие земные девушки-рабыни на Горе, сравнивая документы, обнаруживают, что были проданы весной. Наиболее сообразительные из них понимают, что, вероятно, это не было простым совпадением. Тогда они глубже и лучше оценивают ум, методичность и организованность мужчин, которые сочли подходящим доставить их на Гор. Внезапно я злобно ударил ее хлыстом. Она, получив удар, вздрогнула. — Тебе это нравится? — спросил я. — Нет, господин, — ответила она, — но мне нравится то, что ты можешь делать это со мной и станешь так делать, если я буду плохо угождать тебе. Я обошел вокруг и встал перед ней. — Жалкая маленькая проститутка, — сказал я. — Да, господин, — ответила она. — Ты побеждена? — Да, господин, — произнесла она, — я побеждена. — Полностью? — Да, господин, полностью. — Может мужчина уважать такую завоеванную женщину? — Нет, господин, — проговорила она. — Но, возможно, я могла бы представлять для него интерес как завоеванная рабыня. Я присел около нее. Она все еще стояла на четвереньках. — Ты бедная рабыня, — сказал я. — Да, господин. — И все-таки, — продолжал я, подняв кнутом ее подбородок, — ты хорошенькая. — Тривиально и по-рабски, — улыбнулась она. — Да, — сказал я и добавил: — К тому же у тебя хорошие рабские рефлексы. — Которые ты не находишь годными к использованию, мой господин, — прошептала она. — Я думаю, не продать ли мне тебя, — проговорил я. — Пожалуйста, не продавай меня, господин, — попросила она. — Я продам, если захочу, — ответил я. — Конечно, мой господин. Я опустил кнут и, присев перед ней, продолжал разглядывать ее. — Господин на самом деле думает продать меня? — поинтересовалась она. — Да, — ответил я. Она рассердила меня сегодня вечером. К тому же я думал, что видел ее сегодня вечером более объективно, чем когда-либо раньше. Теперь я смотрел на нее не более чем на милый пустяк. — За меня дадут такую невысокую цену, — прошептала она, — что, может быть, господин оставит меня себе. Я поднялся, держа кнут в руке. Я посмотрел на нее, стоящую на четвереньках передо мной. Что-то было в том, что она сказала. Вероятно, она не получит высокую цену. |
