|
— Мы тонем! — воскликнул Воскджар. — Полагаю, что ты прав, — ответил я. — И мы беспомощны! — Я знаю. Я позаботился об этом. — Пощады! Пощады! — прокричал Воскджар. — Пощады! — подхватил Клиоменес, внезапно с ужасом подтягивая ноги, так как вода прибывала. Я стоял у ограждения. — Вы оба просите пощады? — спросил я. — Да, мой победитель! — воскликнул Рагнар Воскджар. — Да, мой победитель, — повторил за ним Клиоменес. — Приветствую! — крикнул я вниз, весело обращаясь к Каллимаху и Тасдрону, подплывшим вместе с другими людьми к кораблю на баркасе. Какое-то время я наблюдал за приближением баркаса, так как стоял у ограждения. Но конечно, ни Рагнар Воскджар, ни Клиоменес не видели его. — Я слышал, как кто-то умолял о пощаде? — спросил Каллимах, усмехаясь и глядя наверх. — Возможно, ты прав, — признал я. — Кто у тебя там? — снова задал вопрос Каллимах. — Парочка привязанных за шею уртов, — сказал я ему. — Как ты думаешь, смог бы ты найти ошейники для них? — На берегу, — ответил Каллимах. — Мы доставим их к остальному улову. Мечом я разрубил полосу, которая держала двух человек у стойки. Затем я поставил их на ноги и, связав узлом два освободившихся конца полосы, снова надежно соединил пиратов общим поводком. Потом я столкнул их за борт, головами вперед, в руки гребцов, которые подхватили их и не очень бережно кинули на дно баркаса. Я посмотрел вниз, на баркас. — Я вижу, ты где-то раздобыл тунику, — сказал я. — Поликрат был так добр, что дал ее мне, — ответил Каллимах, указывая на дно баркаса. Я усмехнулся. Там лежали рядом друг с другом раздетые, окровавленные и скрученные Поликрат и Каллистен. — Они выживут? — спросил я Каллимаха. — Я не наносил им смертельных ран, — объяснил Каллимах. — Так что они прекрасно сохранятся для каменоломен или галер. Я не завидовал ни Поликрату с Каллистеном, ни Рагнару Воскджару, ни Клиоменесу. В каменоломнях и на галерах цепи тяжелые, а кнуты не знают жалости. — Спускайся к нам, — сказал Каллимах. Он протянул мне руку. Я скользнул через ограждение флагманского корабля Поликрата и спустился в баркас. — Это наш день, — произнес я. — Да, наш, — согласился Каллимах. Мы обнялись. Я занял место на скамье в середине баркаса, ближе к корме, перед кормчим. — К берегу, — скомандовал Каллимах кормчему. — Да, капитан, — ответил он. Весла вошли в воду. Нос повернул в сторону Виктории. Там бил набат, отмечая победу. Я также мог слышать крики толпы и пение девушек. Глядя за корму, я увидел, как флагманский корабль Поликрата скрылся под водой. Медленное погружение большого судна на мгновение отбросило баркас в противоположном направлении, а затем, после кипящей ряби в том месте, куда ушел корабль, воды снова стали спокойными. Я взглянул на дно баркаса. Там, под нашими ногами, обнаженные и связанные, лежали наши враги. Мне были слышны удары молота с причалов Виктории, ковавшего цепи и гибкие ошейники из железа, предназначенные для шей побежденных пиратов. |
