|
.. О школах я и не говорю, о поголовной грамотности не говорю... Велосипед в каждом хозяйстве, граммофон... По толпе пошел гул, кто-то хлопнул в ладоши, и тогда все похлопали. - Мне оторвало нижнюю конечность германьским снарядом в Восточной Пруссии. Но я, в данный момент, становлюсь выше личных отношений... - Понятнее говори! - отчаянно крикнул юношеский голос. - В этом моем жалком увечье я виню не германьский народ, - не он виноват, а виноват международный империализм... Вот кому нужно горло перервать со всей решимостью... Мы, русские, это поняли раньше, но и германьцы это наконец поняли... И мы, товарищи, на настоящем митинге бросаем лозунг обоим народам: да здравствует мировая революция... - Ура! - закричал молодой голос, и собрание опять захлопало. - Перехожу к местным делам... В школе у нас крыша течет, как решето, об этом было постановление. Я спрашиваю - деньги собраны, тес для крыши куплен? Нет. А на гулянку у вас деньги есть. На попа у вас деньги нашлись. От трезвону на десять верст кругом скучно... Ради этих фактов, что ли, германьцы протягивают нам трудящуюся руку? Предлагаю вынести постановление: покуда не будет произведен сбор на ремонт школы, на оплату труда учительницы, также на тетради и карандаши, до покрытия общей суммы: четырех тысяч девятисот семи рублей семи копеек, - свадьбы не играть и трезвона не производить. Речь председателя произвела впечатление, - главное, что стало стыдно. После него выступило несколько ораторов, и все они повторили его слова, добавив только, что раз уж свадьбы залажены, - канителиться нет расчета, и деньги надо собрать немедля, но не по общей разверстке, а пускай эти шестнадцать богатых дворов, где играют свадьбы, и заплатят. На том общее собрание и вынесло резолюцию. Невесты подняли такой крик, узнав о резолюции, наговорили родителям таких слов, - отцы отмуслили денежки и внесли в сельсовет. Степан Петрович выдал расписки и сказал только: "Качайте". Было уже под вечер, когда повели невест в церковь. Народ так и ахнул: чего только на них не было наверчено! Шубы с меховыми воротниками, фаты с серебряной, с золотой бахромой, ботинки на двухвершковых каблуках, - невесты шли, как на цыпочках. А когда в притворе они разделись, - батюшки! что за наряды, что за невиданные платья! Разных цветов, в заду узкие, чуть не лопаются, внизу - букетом, шеи голые, а у Надьки Власовой и руки голые до подмышек. "Глядите, глядите, да неужто это Ольга Голохвастова?", "На Стешку-то взгляните!", "Откуда это у них?", "Известно, - она с отцом пять раз в Новочеркасск на волах муку, сало возила... У новочеркасских барынек наменяно..." Некоторые бывалые люди говорили так: "Видал я губернаторские балы, - ну - куда!" "Что балы... Трехсотлетие Романовых было в Новочеркасске, в соборе собрались барыни, - из карет вылезали, по сукну шли, но до этих - далеко. |
