– Неверующие не выживут. Это особый мор. Если не молиться Всевидящему Оку, быстро заражаешься и умираешь. Берегитесь, ваше величество.

– Нет, это вы берегитесь. Я разоблачу ваш заговор, вылечу людей, а вас отправлю в преисподнюю, где вам самое место!

Я мечтала расцарапать эту сытую довольную морду, но понимала, что бессильна.

– Нет, ошибаетесь. Вы ничего из этого не сделаете. Знаете почему? Потому что леди Алейна сейчас дожидается меня в Храме. И если вы не хотите, чтобы я обратил ее в нашу веру, вы пойдете со мной.

Выражение его лица явно давало понять, что именно он имел в виду под обращением в веру.

– Не надо… – вырвалось у меня.

Архиерей усмехнулся.

– Тогда отложите ненадолго купание в озере. Сходите со мной помолиться в Храм. Пусть все думают, что вы просите сил у Всевидящего Ока. Тогда я благословлю вас на исцеление народа. И он сам пойдет за вами. И я отпущу леди Алейну, разумеется.

Я понимала, чего он добивается. Снова пытать меня, а то и довести до конца все свои прежние домогательства.

– Конечно, я и моя свита отстоим службу, если потребуется.

– Вы меня за дурака держите? – криво улыбнулся он.

Его глаза-хамелеоны постоянно меняли оттенок. По моему наблюдению, это говорило о том, что архиерей Гамас злится.

– У вас нет выбора, ваше величество. Вы это прекрасно знаете.

– Выбор есть всегда, – упрямо заявила я.

– Хорошо, – кивнул архиерей. – Тогда, пока вы тут будете гасить народное восстание, я постараюсь привести существенные доводы леди Алейне. Она вас, конечно, не заменит, но удовольствие я получу.

– Мерзавец! – прошипела я.

– Выбирайте, ваше величество. Только не долго. И не бойтесь так. Не стану я вас брать силой. Думаю, мы можем прийти к взаимовыгодному соглашению.

А может, он действительно хочет только поговорить? Возможно, захочет поторговаться властью? У меня все равно нет выбора. Сейчас уйти обратно в замок означает капитулировать. Мне нужно вытащить Алейну, нужно договориться с Гамасом. Я сделала глубокий вдох и выдох.

– Хорошо. Только обещайте мне, что после вы уговорите людей войти в озеро.

– Конечно, слово служителя Храма, – поклялся архиерей.

Когда я снова и снова проигрывала этот разговор в своей голове часом позже, ожидая своей казни, я понимала, что мы оба знали, чем это закончится. И все-таки я пошла. Потому что отсиживаться во дворце и терять уважение виссарийцев, испытывать чувство бессилия, глядя, как в столице хозяйничают храмовники и Черные Лилии, я бы не смогла.

Вместо того, чтобы отвести меня в свой кабинет или за алтарь, архиерей Гамас вошел в небольшую пристройку рядом с Храмом, охраняемую стражей. Это оказались жилые помещения вроде келий, он отпер одну из них, и я увидела леди Алейну.

Она сидела на кровати, поджав колени к груди и обняв их руками. При виде меня она заплакала.

– Ваше величество! Значит, это правда! Вы вернулись!

– Ну, конечно. Пойдемте, леди Алейна.

Я помогла девушке подняться.

– Не так быстро, ваше величество.

В келью вошел Микеле Вислы. При виде его наглой красивой рожи я испытала сильнейшее желание ее расцарапать. Его появление меня даже не удивило.

– Еще один убийца и подонок! – процедила я. – Как ты посмел сюда заявиться?!

– В ближайшее время произойдет много интересного в столице, ваше величество. Я не мог такого пропустить, – вальяжно опершись плечом о косяк двери, заявил Микеле.

– Значит, это правда и вы заодно с этим убийцей?

Я посмотрела на архиерея Гамаса.