Изменить размер шрифта - +
На электричке полчаса, а потом  между «железкой» и сосновым лесом километра два пройти и ты на месте!

– Поехали! –  тут же согласился я, ни секунды не раздумывая.

Вовка  посмотрел на меня и добавил:

– Только надо  у мамки отпроситься, я бегом!

– Нет, пацаны,  я сегодня не могу, – удивляясь нашей прыти, развёл руками Ромео, – Я с Чучей  обещал сегодня погулять, Машке уроков много задали, она не успевает…

– Понятно! –  разочаровано усмехнувшись, махнул рукой Вовчик и многозначительно мне  подмигнул, намекая на то, что тот лапшу на уши вешает.

– Да вы и без  меня его найдёте! – боясь ударить в грязь лицом, выпалил Рома и принялся нам  объяснять, как туда добраться.

Это был  сентябрь, темнело поздно, а значит, времени на поездку было ещё предостаточно.  Захватив с собой непонятно откуда взявшуюся у нас сапёрную лопатку и запаковав её  в мою сумку для сменной обуви, двинулись к вокзалу. Электричка оказалась  полупустой и спрятаться от контролёров, просто затерявшись среди толпы, не  получилось бы, поэтому всю дорогу мы перебегали из одного вагона в другой, пока  не достигли самого последнего. Следующая станция – наша, но контролёр уже был с  нами в этом последнем вагоне и явно намеревался закончить свой обход до того,  как поезд остановится на нужной нам станции.

– И чё теперь?  – нервничал я, стоя в крайнем тамбуре, предчувствуя чуть ли не арест и тюрьму.

Рядом с нами  курил какой-то мужик, от чего дышать было тяжело. Мужик был очень круто одет и  курил какие-то очень крутые импортные сигареты с золотым ободком на фильтре.

Мы с Вовкой не  курили. Точнее мы-то, конечно, раньше пробовали курить, но мне не понравилось.  А Вовке понравилось! И он даже ещё потом несколько сигарет выкурил, но его  маме, которая заметила дома характерный запах от его волос, это тоже не  понравилось, и она доходчиво объяснила сыну, не без помощи мощного физического  воздействия, что ему курить не нравится. И ему тоже не понравилось.

Так вот, мужик  этот курил очень круто! Глубокая затяжка, стремительно уменьшавшая сигарету в  длину, и во время которой его щёки глубоко впадали. За ней – чуть прикрытые  глаза и медленный вдох, а ещё через несколько мгновений – не менее медленный  выдох. Я, уставившись, наблюдал за тем, как тот выпускает сизую струйку дыма в  воздух и, иногда даже, превращает этот самый дым в кольца!

Вовка же, явно  нервничая, косился через стекло двери, отгораживающей тамбур от вагона, на  одетого в тёмно-синюю форму контролёра, подходящего всё ближе и ближе к нам.

– Мужик, у  тебя сигареты не будет? – вдруг спросил у крутого Вовка.

Тот удивлённо  уставился на моего друга. Я сделал то же самое. Но Вовчик стрельнул в меня  взглядом и добавил:

– Мне одну  всего, он не курит.

– Слышь, –  усмехнулся тот, – А не рано тебе, братан? – мужик слегка улыбался, как  улыбаются самые крутые главные герои в самых крутых американских боевиках. Но  Вовчик ни капли не стушевался и, подражая мужику, нахально выпалил:

– Слышь, а  тебе жалко, что ли? Так и скажи, что жаба давит!

– Да кури, –  усмехнулся обалдевший от таких наездов мужик и протянул ему сигарету.

– Я две  возьму, – совсем уж наглея сказал Вовчик, не дожидаясь ответа вытащил две сигареты  из протянутой пачки и попросил прикурить…

Очень! Ну,  очень крутая зажигалка! Вовка набрал дыма в рот и тут же, не затягиваясь,  выпустил его в воздух. Мужик усмехнулся:

– Ну-ну… – и  сам сделал очередную сочную затяжку, но как положено – с глубоким вдохом.

Быстрый переход