Парень всем своим естеством ощущал устремлённые на него взгляды: злорадные, ехидные, сочувствующие и, в абсолютном меньшинстве, уважительные. От такого внимания, на него направленного, Элиоту было неуютно. Казалось, что ещё чуть-чуть — и все разглядывающие его гости сами, не дожидаясь официальных дуэлей, ринутся в бой.

— Вы совершенны, принцесса. — Ответил Элиот, когда понял, что просто так Астерия не угомониться. — Как насчёт почтить бал своим, бесспорно, ослепляющим присутствием?

— Не ехидничай, пожалуйста. И говори нормально!

Элиот чуть наклонился к принцессе и произнёс шёпотом:

— Здесь меня за такое просто сожрут. Или я тебе уже надоел?

Девушка страдальчески закатила глаза и, подав Элиоту руку, — которую тот просто не мог проигнорировать, — нарочито неспешно направилась ко входу.

— Спасибо, принцесса. Меня, определённо, все чрезмерно любили. — Произнёс юноша перед тем, как распахнуть перед Астерией дверь. — Прошу.

Благодарно кивнув, девушка проскользнула в зал, а следом за ней прошёл и сам Элиот, на какое-то мгновение растерявшийся из-за обрушившегося на него шквала внимания всех тех, кто уже давно ожидал прибытия виновницы торжества. Ведь съезжаться на празднование начали без малого три часа назад ради того, чтобы не создавать толпы и заранее сформировать «группы по интересам».

— Её высочество, принцесса Астерия Дарфайя со своим защитником — Элиотом Нойр!

Элиот, в свою очередь, не обольщался волне аплодисментов — предназначались они принцессе, а его девяноста девять человек из ста хотели где-нибудь по-тихому прикопать. Ибо простолюдин, появившийся из ниоткуда и тут же привязавшийся к принцессе под молчаливым одобрением королевы — это вызов всему обществу аристократов, из которых многие хотели бы, чтобы именно их дети оказались на месте безродного выскочки.

Но основными своими врагами Элиот видел те семьи, чьи потомки реально претендовали на место защитника. Таких было немного, так как одарённых и способных одногодок принцессы мужского пола можно было пересчитать по пальцам одной руки, но в возможностях как детей, так и их родителей сомневаться не приходилось.

Элиот, вновь взявший Астерию под руку, сделал ещё несколько шагов, прежде чем заметил королеву и короля, что-то обсуждающих на противоположном конце зала. Подав принцессе бокал фруктового пунша, внешне расслабленный Элиот решил как следует оглядеться, не сходя при этом со своего места.

Всего за пару минут ему удалось обнаружить как группку условно-враждебных влиятельных аристократов, так и уравновешивающих их приближённых королевы.

— Элиот, смотри. — Астерия незаметно потянула юношу за рукав, развернув его так, чтобы он увидел двоих парней примерно его возраста, довольно активно друг с другом болтающих и размахивающих при этом руками. — Как дети, честное слово.

— Слева — Анткин Сайвьер, верно? — Принцесса коротко кивнула. — Скорпион… С ним, пожалуй, справится будет сложнее всего.

— Почему?

— Альмагест этого созвездия позволяет быстро двигаться, моментально реагировать и редко, но ощутимо атаковать даже безо всяких заклинаний. С Гидрой, вторым и не столь вертким кандидатом, я справлюсь только за счёт собственной взрывной силы… — Элиот замолчал на секунду, словно о чём-то раздумывая. — По крайней мере, такой вывод можно сделать из общих описаний созвездий.

— Никто из них не тренировался так, как это делал ты.

— Им это не было нужно, ведь что Эдгар, что Анткин учились с малых лет. Медленно, но верно.

Всё, сказанное сейчас Элиотом, было правдой без каких-либо преуменьшений.