— Такой подход осуждают, принцесса. Правитель, единожды устроивший подобное, уже не заслужит доверия подданных…

— Разве доверие таких «подданных» хоть чем-то ценно? Полумеры бессмысленны, ведь даже мама, вернувшись с войны пятнадцать лет назад и казнившая нескольких дворян, не добилась чего-то большего, чем затишье и небольшое снижение аппетитов этих ублюдков. Мне так и вовсе кажется, что тогда гнев мамы потушили кем-то незначительным, буквально принеся их в жертву…

— Королева устраивала нечто подобное? Я не слышал об этом…

— Всё прошло много тише и особо не афишировалось. Тогда сотня одарённых под предводительством отца Говарда Сайвьера в ночной тишине навестила тех, на кого указало королевское расследование. Их казнили вместе с семьями, а имущество передали в казну… Так мне рассказывала мама. — Астерия сжала кулаки. — Но разве что-то поменялось?

Гулко ударили коснувшиеся крыши ноги третьего подростка, приближение которого и Элиот, и Астерия заметили за несколько секунд до.

— Ваше высочество, отец послал меня сюда для того, чтобы я сопровождал вас и помог, в случае нужды, вашему защитнику. Если на то будет ваша воля. — Анткин Сайвьер опустился на колено перед принцессой, поднявшись лишь после того, как Астерия благодарно приняла его в свою «свиту».

— Ты можешь остаться, Анткин. Говард ничего не передавал?

— Только лишь то, что одним из наших патрулей были перехвачена группа попытавшихся сбежать предателей, занимавших высокие должности при разных министерствах. Они уже рассказывают всё, что знают. Помимо этого у ворот задержано несколько человек… И это до того, как ваши войска выдвинулись с центральной площади, ваше высочество.

— Мне не нравится такое начало… — Протянула Астерия задумчиво. — Переместимся к во-он тому, высокому поместью?

Элиот проводил зорким взглядом нескольких человек, которых гвардия вывела из видимых с этой крыши дверей. В общем и целом всё проходило более-менее спокойно, но самому защитнику не верилось, что хоть кто-то из добровольно сдавшихся воровал реально большие суммы. Возможно, таким образом они рассчитывали получить помилование на фоне более вороватых коллег, но согласится ли на подобный расклад Астерия, решившая разобраться с коррупцией самым кардинальным образом?

— Пора.

В течении нескольких минут состоящая из трёх человек группа переместилась на крышу самого высокого поместья из тех, что были возведены у окраины. Оно принадлежало лояльным королеве аристократам, так что объяснения не заняли много времени, а Астерия попутно получила от немолодых уже хозяев целый ворох добрых слов — эта семья была искренне рада тому, что принцесса не столь избирательна в действиях, как её мать.

Но вот, наконец, Элиот получил возможность окинуть взглядом «средний ряд» жилищ благородных, и увиденное ему нисколько не понравилось. В трёх местах шёл бой, можно было заметить чужих солдат, содержать которых было позволено очень немногим. Прошло всего несколько секунд, а в схватку вступила четвёртая группа мятежников. Значило это лишь одно: враг действительно не собирался сдаваться добровольно, чем только подтверждал свою вину. Ведь официальные приказы, гарантирующие жизнь вплоть до судебного разбирательства и подписанные лично Астерией, были розданы офицерам и предъявлялись по требованию арестовываемых…

— Министры Шельвек, Фере и Юмвел. Никогда бы не подумала, что они действительно пойдут на такое… — Принцесса, перечислив, видимо, хозяев осаждаемых поместий, покачала головой. — Очень уважаемые и высокопоставленные люди… Были.