Небольшой двор вокруг каждого дома был огорожен забором Аккуратные дорожки, нередко обсаженные с обеих сторон подстриженным кустарником, уводили от калиток вглубь, подбираясь к крохотным крылечкам. Сами дома произвели на меня впечатление ухоженных и очень приятных, но непривычно маленьких по занимаемой площади. Впрочем, большинство было построено в два этажа, а остальные довольствовались мансардами.

Вдоль заборов проходила узенькая асфальтированная дорожка для пешеходов. От собственно дороги ее отделяла полоса открытой земли с деревьями, создающими приятный зеленый коридор, и высокой травой. Местами виднелись цветы. В воздухе порхали бабочки и жужжали пчелы. Немного дурманил аромат мяты. Мне почему‑то подумалось, что жить здесь, в общем‑то, не так уж и плохо, несмотря на тесноту. Даже наоборот, эти маленькие дворики внушали мысль о покое, довольствовании малым и тихом счастье.

«Вот и мне захотелось обзавестись домом»,– улыбнулся я про себя.

Минутное наваждение прошло, и я стал прикидывать, куда направилась моя подопечная. На карте место было указано довольно точно. Плюс‑минус сотня метров – это несущественно. Значит, где‑то здесь. Правда, я принимал во внимание еще два варианта, которые она могла использовать, но их вероятность была куда меньше: во‑первых, выйти раньше, попросив таксиста еще некоторое время не выключать счетчик; во‑вторых, наоборот, выйти позже. Однако для этого она должна была сперва заподозрить слежку, потом обратить внимание на эти самые карты в машинах, догадаться, что они могут выдать ее местоположение и еще страстно пожелать оторваться от хвоста. Конечно, ничего невозможного нет, но я слабо представляю, что в таком случае мне делать. Поэтому нужно исходить из хоть и крохотной, но определенности.

Спешить было некуда, и я спокойно шел по аллейке, пытаясь мыслить логически. Если оставить предположение, что она хотела оторваться от хвоста, то есть меня, то тогда ей просто не было смысла выходить из такси не там, где нужно. Хорошо. Значит, она вошла в один из этих домов. Для чего? Я снова вспомнил разговор в кафе. «Ты со всеми нашими...» – сказал мужчина.

Логическая цепь построилась, но это меня ни в чем не убедило. Впрочем, чувство, что я на правильном пути, меня пока не оставляло. Только чувство...

И все же я продолжил нить рассуждений. Она вошла в дом. В какой? Я взглянул по сторонам. Странно, но плакатов с надписями типа: «Минут десять назад сюда вошла женщина, прилетевшая с Сайгуса», нигде не было. Можно, конечно, походить, поспрашивать... Ладно, пока примем за неизвестное. Что делать? Караулить на улице? Я ведь даже не знаю, на какой стороне улицы дом. Однако более или менее вероятно, что она там пробудет некоторое время.

Только вот какое время?

Я добрел до перекрестка. Перпендикулярно моей шла еще одна похожая улочка. Тоже частные дома, но чуть дальше виднелось здание с вывесками «Бар», «Кафе». За ним начинался квартирный район.

Вдруг из‑за угла с веселыми криками выбежала орава ребятишек лет по двенадцать. Один из них бежал, не глядя перед собой, и с разбегу врезался в меня.

– Ой, дяденька, извините! – подняв голову, звонко выкрикнул он и побежал дальше.

Я все еще занимался логическими построениями, а мои руки уже приняли решение и приступили к его выполнению. Неожиданно для меня самого левая рука выстрелила в сторону и, ухватив мальчишку за шиворот, поставила передо мной.

– Ой, что вы! Я ведь не хотел! – снова крикнул он. Остальные ребята почему‑то сразу бросились врассыпную.

– Чего не хотел? – спросил я задумчиво.