Мертвецы.

Нет, хуже. Поднятые некромантией мертвецы. Причём не простые зомби, а невероятно продвинутые — они сохранили боевые навыки, которыми владели при жизни. Двигались как живые, сражались как живые.

Я присмотрелся к телам магов среди нападавших. Те же признаки. Мёртвые чародеи, сохранившие доступ к своей стихии.

Это… это был высший пилотаж некромантии. Поднять труп — несложно. Заставить его ходить и хватать — ерунда. Но сохранить подобие интеллекта? Боевые рефлексы? Магический дар?

Такое под силу единицам во всём мире.

В прошлой жизни я видел работу некромантов, которые использовали своё ремесло на благо живых в сражениях с Бездушными. Клин клином вышибали, так сказать. Видел поднятых мертвецов на полях сражений — неуклюжих, медлительных, годных лишь на то, чтобы принять первый удар врага. Видел более искусных творений — тех, что сохраняли подобие разума и могли выполнять простые приказы.

Но такого не видел никогда.

Эти мертвецы сражались как элитные бойцы. Использовали тактику, прикрывали друг друга, координировали атаки. Маги среди них применяли заклинания — а ведь магия требует воли, концентрации, живого разума. Мёртвая плоть не способна направлять энергию. Это… противоречило всему, что я знал о некромантии.

Кто-то либо изобрёл принципиально новый метод, либо владел древними техниками, которые остались неизвестными в моё время. И тот, и другой вариант напрягал.

Праздничная неделя в Москве определённо становилась интереснее.

Я присел рядом с телом одного из магов-мертвецов. Приложил ладонь к его груди, пытаясь уловить остаточные следы чужой магии.

Холод. Пустота. И что-то ещё — едва различимый отпечаток чужой воли.

Я отдёрнул руку.

Кем бы ни был создатель этих тварей, он был опасен. Смертельно опасен.

— Что там? — князь Голицын подошёл ближе, вся его фигура была, словно натянутая струна, а лицо посерело от потрясения. — Кто эти люди?

— Уже не люди, — ответил я, поднимаясь. — Мертвецы. Кто-то поднял их и натравил на кронпринца.

Голицын побледнел ещё сильнее.

— Некромантия? В Москве?

— И не просто некромантия. Работа мастера. Высочайшего класса.

Василиса стояла рядом с отцом, прижав ладонь ко рту. В её глазах читался ужас.

— Кто мог…

— Вопрос на миллион, — я покачал головой. — Пока могу сказать одно: кто-то очень хотел смерти Сигурда. Настолько, что задействовал армию мертвецов и смертников со взрывчаткой.

Вокруг нас собиралась толпа. Охи, ахи, испуганные возгласы. Аристократы, которые минуту назад предвкушали кровавое зрелище дуэли, теперь взирали на настоящую бойню — и им было не по себе.

— Нужно усилить охрану, — Голицын взял себя в руки. — И сообщить в Сыскной приказ. Это… это нападение на иностранного монарха. Международный скандал.

Вокруг нас уже собирались другие князья. Вяземский — бледный, но собранный — первым подошёл к телам убийц.

— Прохор Игнатьевич прав, — констатировал он, присев на корточки. — Действительно мертвецы… Видел такое однажды в молодости.

— Кто способен на подобное? — князь Тюфякин нервно теребил перстень на пальце. — Некромантия не самый распространённый вид дара…

— Единицы во всём Содружестве, — ответил я. — И ни один из них не станет светиться ради простого заказного убийства. Если только…

Я не договорил, но все поняли.